- Дина, место! Кира Юрьевна, зачем вы здесь стоите? Давайте я вас провожу до крыльца?
Слабо улыбнувшись охраннику, (интересно, слышал разговор?) я подняла голову:
- Приготовьте мне машину, пожалуйста. Мне надо отъехать.
Конечно, мужу сообщили. Но мне беспрепятственно дали выехать с территории. Куда ехать? Что делать? Спокойно, Кира. Ты очень хороший психолог, ты профессионал. Ты должна вести себя правильно. У тебя недостаточно информации. Собери ее, разложи по полочкам, структурируй, сделай выводы, а потом принимай решение. Но там же Андрей! Я не хочу здраво мыслить и практично решать, если дело касается его. Я хочу жить и чувствовать. Я имею на это право! Нет, я все равно должна сначала выслушать его. Нет, я не хочу его слушать! Я так долго, так тщательно его забывала. Я боюсь своего чувства к нему, мне было так удобно и спокойно последние несколько лет, я не желаю испытать это снова. Или желаю?
Я сидела в машине во дворе родительского дома, мучительно размышляя над создавшейся ситуацией. Конечно, на моей одежде присутствовали маячки, и муж быстро нашел меня.
- Открой дверь, пусти меня, - пришла смска на мой телефон.
Я подняла голову. Игорь стоял возле пассажирской дверцы, терпеливо ожидая моего решения. Разблокировала машину, он скользнул на сиденье рядом со мной. В молчании посидели несколько минут.
- Прости меня, - он потянулся и заключил меня в свои объятия. - Я слишком люблю тебя. Любил с самого начала. Все, что я сделал, только ради тебя. Прости меня, прости меня, малыш!
Он торопливо целовал меня, все больше распаляясь. Его руки нетерпеливо касались моего лица, шеи, плеч. Сильным движением он перетянул меня к себе, устраивая на коленях, не разрывая объятия. Я покорно позволяла ему делать, что хочется, я была оглушена сегодняшней встречей, подслушанным разговором. Мысли скакали в голове, и я не могла уцепиться ни за одну. Руки Игоря были единственным, что держало меня в реальности, такие родные и надёжные. Несмотря на то, что он пересёк пятидесятилетний рубеж, он, как и прежде, оставался в отличной физической форме, уделяя своему здоровью немало времени. Я любила его сильное тяжёлое тело, закрывающее меня от житейских невзгод и поднимающее на вершину удовольствия. Я находила успокоение, устроившись на его широкой груди, слушая ритмичное биение сердца. Так было вчера, и год назад, так же осталось и сейчас. Я чувствовала себя маленькой растерянной девочкой, он был так мне необходим со своей суровой решительностью, тяжеловесной надёжностью, ответственностью за всех и всё.
- Пожалуйста, сделай так, чтобы он уехал, - я заплакала, как маленькая, изо всех сил прижимаясь к мужу, перекладывая на него решение.
Игорь с облегченным выдохом впился поцелуем в мои губы, нажатием кнопки приводя сидение в горизонтальное положение.
Мы вернулись домой около трёх часов ночи. Муж подал мне руку, помогая выйти, подхватил и закружил. Я расслабленно обняла его за шею, тихо улыбаясь. Я подумаю завтра, сейчас мне слишком хорошо, чтобы тревожить себя болезненными мыслями. В гостевой части дома на одном из балконов темный силуэт, Андрей не спит и наблюдает за нашим приездом. Четыре года назад я возненавидела его, я тщательно выстроила укреплённые стены, защищая от него свой разум, я объявила его врагом. Мысль о том, что он не был передо мной виноват, разрушит всю мою налаженную жизнь, перевернет весь мой мир. Я не готова менять привычный ход вещей, я не хочу с ним разговаривать. Он проиграл ещё тогда, неважно, виновен он в этом или нет.
Утром я не вышла к завтраку. А в полдень наблюдала из-за занавески за эмоциональным разговором Игоря с Андреем. Они стояли возле машины, Андрей собирался уезжать. Он бросал в лицо моего супруга какие-то обвинения, это было понятно по резким жестам и гневной мимике лица. Игорь был почти равнодушен, только мрачно сведённые брови выдавали тщательно сдерживаемое напряжение. Я любила обоих этих мужчин. Любила совершенно по-разному, но, без сомнения, глубоко и сильно. Тогда, в прошлом, не знаю, кого бы я выбрала, если бы они открыто соперничали между собой. В настоящее время мой выбор не требовался. Они сделали его за меня. Один все поставил на карту, чтобы я принадлежала ему. Второй дал возможность обстоятельствам принять участие в решении. Я не смею судить никого, каждый волен сам выбирать. Я - самка, красивая, мудрая, подчиняющаяся вековым инстинктам. Я позволю самцам самим определиться, кто из них сильнее, хитрее и надёжней. Пусть продемонстрируют, кто из них на что готов, чтобы защитить семью и создать наиболее благоприятные условия для выживания потомства.
Муж отложил все свои важные дела, и мы провели выходные вдвоём, сосредоточенные только на себе. Он несколько раз пытался начать важный разговор, который, вероятно, был необходим ему для очистки совести, но я каждый раз его останавливала. Единственное, что я хотела узнать, как двое моих мужчин были связаны между собой, и чем же, на самом деле, занимался Андрей несколько лет назад. Как я уже успела догадаться, он работал в нашей же структуре, был офицером разведки, и, убедившись в этом, многие вопросы у меня отпали сами собой. И на мужа у меня не было никаких обид. Я понимала, какими качествами надо обладать, чтобы добраться до того поста, на котором он сейчас находился. Он просто не мог быть белым и пушистым ангелом. Но я и не пыталась найти в нем это. Я тоже не была наивной и простодушной девочкой. Я никогда не поддавалась иллюзорности мира, будучи трезвомыслящей и отчасти даже циничной. Я знала, что хочу, и Игорь дал мне все, что я желала. Имею ли я право обвинять его в нечистоплотности игры? Неважно, какими методами он устранил соперника, он оказался сильнее и победил, а победитель, как известно, получает всё.