Общаемся на равных, понимаем друг друга буквально с полу слова, а знаю я его сколько!? Пару месяцев, чуть больше!? А он уже мне как родной, как будто мой, а не чей то там.
Ловлю себя на мысли, что не прочь иметь такого сына, что он напоминает мне себя в его возрасте и хочется ему помочь, на путь истинный наставить, чтоб не наделал ошибок, каких, в свое время наделала я.
С каких пор я стал таким «добреньким»!? Никогда не интересовался чужими жизнями, тем более чужих детей, а этот!?
Миша толковый пацан, целеустремленный, умный, одно удовольствие с ним таскаться, другое дело его мать!
Вот же где заноза в заднице! В моей причем заднице! Горестно вздыхаю.
— Миша, больше движухи, больше ударов, делай резкие и частые — комментирую мальцу, его тренировку.
Сейчас отрабатываем удары на груше, еще минут тридцать и домой. Малой кивает в ответ головой и начинает делать как я сказал.
Вот бы его мамаша так меня слушалась!?
Опять вздыхаю.
Вот, что мне до нее, дело есть!?
Ничего особенного же, ни на вкус ни на вид, а я, что то парюсь на ее счет. Особенно меня бомбанула, когда я увидел, как сосунок к губам ее припал.
Сжимаю кулаки, хмурюсь, блевать тянет, как вспомню, а она тоже хороша, хоть бы отпрянула от него!?
Блядь!
Как в том анекдоте, улица фонарь аптека, в данном случаи подъезд, и дернул меня черт, в окно посмотреть в этот момент!?
Внутри все перевернулось, как понял, кто там под окнами сосется, взвыть захотелось от увиденного, сам от своей реакции охренел, но контролировать себя, не смог.
На соседку наехал, хотя не за, что! С кем хочет с тем и сосется, это я повел себя как ревнивый идиот, как будто у нас с ней мутки какие, да я блядь даже бывшую свою не ревновал. Хотя там было за, что ревновать. Да на нее все мужики, слюни пускали, куда бы мы не пошли, а соседка!?
Ничего особенного ни на вид, ни на вкус.
Устала тру морду ладонями, что за на хрен, со мной происходит!?
— Дядь Вова! Видел, видел!? Я так четко правой пробил! — довольный голос малого вывел меня из раздумий, о своем косяке.
— Видел, видел, молодец — нагло вру я, ни хрена не видел, весь в своих мыслях был.
Малой довольно улыбается.
— Все на сегодня закончим, завтра продолжим — добавляю я.
— Да я не устал, можно еще чуток, потренироваться — возражает малой.
— Миша, на сегодня хватит! — твердо говорю я — Мышцам да и тебе нужен отдых — добавляю я.
Малой вздыхает, но слушается меня и идет в раздевалку.
— Миша, давно у тебя спросить хотел — говорю я, поворачивая руль, подъезжаем с малым к дому.
— Что!?
— Ты только не психуй, но мне важно знать кому ты, так хочешь дать в морду, что пришел ко мне с просьбой, научить тебя косить, с одного удара!? — спрашиваю и паркуюсь около подъезда, поворачиваюсь и смотрю на малого.
Он насупился, на меня не смотрит, понимаю, что данная тема для него неприятна, но и спросить обязан был. Во первых, как бы там не было бить людей нельзя, даже если хочется. Сам конечно тоже, тот еще, хранитель принципов.
Вне ринга, кулаками не довелось махать, только в глубокой юности и то. Там такие отморозки попадались, что грех было морду не подправить, а потом как стал выступать на серьезных соревнованиях, не комильфо было «хулиганить», да и чревато проблемами.
Так, что я долгое время делал вид, что махать кулаками, вне ринга не правильно, пока сосунка с голым торсом, в квартире соседки не увидел, бля, попандос, а теперь малому задвигаю про принципы, но то ладно, главное, что бы прокатило.
Я должен узнать, к кому малой так «неровно» дышит, во избежание пролития крови, и если уж совсем на чистоту, кровь Мишкиного обидчика мне совершенно не волнует, для меня главное, что бы малой не пострадал.
Сам с себя фигею, толи мне пацан так себя напоминает, что хочется за него впрячься, то ли……..
Миша молчит, только сопит от недовольство.
— Ты помнишь, что я тебе говорил!? — спрашиваю я.
— На счет чего!? — все так же не глядя на меня, спрашивает он.
— На счет доверия.
— Помню — недовольно отвечает Миша.
— На помни мне!?
— Тренер — это семья, а в семье все рассказывают и всем делятся.
— Молодец! Давай делись тогда — дожимаю я его.
Мне не хочется давить на малого, но в данной ситуации, только так.
Миша, насупливается еще больше, сжимает губы, видно внутри у него идет борьба, говорить мне или нет.
Я молчу, хоть мне и нужно знать его загоны, но даю ему возможность самому выбрать, тут даже мне проверка, так ли я хорошо на пацана влияю, что он будет готов мне все рассказать.