И тут мне становиться страшно, что если он не расскажет, это будет означать, что!?
Что я хреновый тренер, человек!?
Блядь! — Папаше своему — тихо отвечает малой.
А я не сразу врубаюсь, что только, что меня «посвятили» в друзья, и я все, таки не такой хреновый.
— Папаше!? — сиплю я не совсем понимая, ответ малого.
— Ну да, папашке своему, козел он тот еще.
Шокировано смотрю на малого, и понимаю, что общего у нас до хрена, не понимаю только хорошо это или плохо, для меня.
— Миша ты это без выражений давай, а то мамка твоя и мне и тебе язык вырвет.
— Ладно — не хотя соглашается он.
— Так, что там с твоим папашкой!? — спрашиваю я.
Миша морщится и хмурясь отвечает:
— Плохой он, мама с ним развелась когда мне было три года, я его в обще не помнил.
Слушаю его, не перебиваю, а в душе злость закипает, малому восемь лет, а он папашку уже хочет морду набить, это как ребенка было довести!?
— Развелись он не приходил, никогда, мама сама со мной, одна, а потом, примерно год назад, летом он пришел, мы в парке с мамой были, устроил скандал маму ударил, когда я пытался его остановить, он отпихнул меня, я упал и руку сломал.
Что я до этого знал о гневе и злости!?
Да ни хера!!!! Услышав рассказ малого, я чудом себя сдержал, так хотелось материться и убить этого не до, папашку.
— Миш, я конечно с тобой солидарен, козлина он, уж прости, но не стоит о говно руки марать — выдал я.
— Я и не собирался, хотел только приемчики знать, что бы если он еще раз придет, маму защитить — ответил мне малой, вскидывая подбородок и стискивая кулаки.
— Это похвально, но лучше ты если, что, меня зови, лучше я руки замараю, договорились!?
— Что честно!? — спросил малой, смотря на меня, широко открыв глаза, а взгляд такой, как будто я ему сказал, что дарю ему миллион долларов.
— Ну конечно! — отвечаю я.
— Договорились! — довольно улыбаясь ответил он.
— Все я больше не могу — садясь на траву вздыхает Миша.
Бля, да я тоже, хочется ответить мне, но держу марку сурового тренера, хотя перед глазами мурашки бегают, а отдышка, выдает мое состояние, с головой.
Готовимся к первым Мишиным боям, поэтому я включил в наши тренировки бег, погода позволяла и почти каждое утро, мы выходили на пробежки, темп сразу взяли высокий. Время для подготовки поджимало, приходилось в ускоренном режиме тренироваться. С непривычки и большое нагрузки, было тяжко и Мише и мне.
— Надо Миша, надо еще кружок, мы наращиваем темп, так надо — говорю я.
— Я сдохну — тянет Миша.
Блядь, я тоже, думаю я, смотря на не маленький круг на стадионе, хочется разрыдаться в голос, упасть на землю, сучить ногами и кричать: не хочу!!!! Не могу!!!!
— Так, без выражений, а то еще один добавлю — вместо слез, говорю я.
Я сдохну, на следующем этаже я откину свои старые копыта, думаю я с трудом переставляя ноги.
Идиот, еще и как дополнительную нагрузку, решил, что пойдем по лестнице, дебил бля. Миша впереди меня и чуть резвее, шагает по лестнице, но его тихие вздохи, говорят о том, что завтра он меня будит поминать не добрым словом.
Тихо, кряхтя, еле переставляя ноги, проклиная все на свете, преодолеваю ступеньки, смотрю под ноги, что бы не упасть прям на ступеньках и не отдать богу душу, как втыкаюсь в спину малого.
— Миша, ты чег….. — спрашиваю я, подымаю взгляд и вижу соседку.
Да твою мать!!!!!!! Она, что издевается!??????
Это какого члена, она в этот раз целует!????
Пиздец!!!!
Я думал я на последнем издыхании, но хрень творящееся у меня перед глазами, буквально вселила в меня поток энергии, хреновой надо сказать энергии, настолько хреновой, что она дала мне силы и желание, к херам тут все разнести, не думая ни о чем, кроме желания убивать, громко спрашиваю: — Кхм, кхм, а мы Вам не мешаем!???
Соседка вздрагивает отпихивает от себя этого члена, и испуганно смотрит на меня а потом на Мишу.
Ну скажи, что ни будь!!!??? Да твою мать оправдайся хоть как то!? Кричит мое нутро.
Мужик поворачивается и хмуро обводит меня и Мишу взглядом.
— Ну привет сынок! — изрекает он и улыбается.
— Какой он тебе сынок!? — шипит соседка — Ты от него отказался, даже документы подписал!!! — зло добавляет она.
— Карина, прекрати так со мной разговаривать, я между прочим твой муж и его отец! — возмущается гондон.
— Отец!??? Муж!???? Да ты только донор, да и муж ты уже как пять лет бывший!!!!! — срываясь на крик, Карина поджимает губы в ее глазах, блестят слезы.
Сынок!? Это, что получается, только мы с малым это дерьмо вспомнили как оно тут как тут!?