— Ты в порядке?
— Конечно. — Я откинула мокрые волосы со лба. — Тебе действительно нужно было сбить Элайджу с ног? Он не сделал ничего плохого. Ты чудовище.
Элайджа встал позади Себастьяна и теперь осторожно шел вперед, обходя его стороной.
— Господи, чувак. Что с тобой не так? — Элайджа хмуро посмотрел на Себастьяна, но мудро держался подальше от него. Из того, что я видела у костра, они оба довольно хорошо знали друг друга. Это означало, что Элайджа был осведомлен о склонностях Себастьяна к насилию и достаточно умен, чтобы избегать его.
Себастьян сделал шаг к нему, но я выставила руки вверх, толкая его в голую грудь.
— Не надо, — предупредила я так тихо, что не была уверена, что он услышал.
Себастьян снова перевел взгляд на меня, и та кипящая ярость, которую он нес с собой, вырвалась на поверхность.
— Он швырнул тебя, как гребаный мешок с картошкой.
— И? Я в порядке. Я не нуждаюсь в защите своей чести. Если захочу отомстить Элайдже, я надеру ему задницу. — Я снова толкнула его, чтобы привлечь его внимание. — Ты меня слышишь?
Он мотнул головой.
— Я слышу тебя.
Когда я убедилась, что Себастьян взял себя в руки, я повернулась, чтобы посмотреть на Бекс. Кивнула головой в сторону Элайджи, считая на пальцах до трех. Она сразу поняла, к чему я клоню, и вместе мы набросились на него, заталкивая его под воду, прежде чем он смог постоять за себя.
Отряхнув мокрые руки, я подняла бровь, глядя на Себастьяна.
— Видишь? Я могу сама справиться со своей местью.
Его губы дрогнули, и напряженные мышцы немного расслабились.
— Тогда, наверное, мне следует бояться.
Элайджа, отплевываясь, вышел из воды, вытирая соль с глаз.
— Я ненавижу вас всех. Ненавижу океан, ненавижу пляж, и я, возможно, даже ненавижу весь штат Калифорния.
Бекс ударила его по бицепсу.
— Ты заслужил это, и ты это знаешь.
Очевидно, Элайджа не усвоил урок, потому что в следующую секунду он обрызгал Бекс. Она возмущенно закричала, гоняясь за смеющимся Элайджей по пляжу. Мы остались с Себастьяном наедине, но неподалеку несколько маленьких детей плескались в волнах, их родители были вне пределов слышимости, но нас мог увидеть любой желающий. Я не боялась оставаться с ним здесь.
— Как ты узнал, что я здесь? — Я скрестила руки на голом животе.
Себастьян стоял в двух или трех футах от меня, едва покачиваясь от движения океана. Мы были по пояс в воде, и солнце отражалось от капель, разбросанных по его широкой груди.
— Элайджа сказал мне. — Он сказал это так буднично, что у меня появилось желание не задавать ему лишних вопросов.
— Как ты узнал, что я была с Элайджей?
— Гейб подслушал, как вы с Бекс говорили об этом за обедом. Должен сказать, я очень разочарован, что меня не пригласили, Грейс.
Я бы никогда не стала извиняться за то, что хотела пообщаться со своими друзьями без объекта моих мучений, оглядывающегося по сторонам и угрожая расправой любому, кто косо на него посмотрит. Если он ожидал, что я извинюсь, то он был гораздо более сумасшедшим, чем я думала.
— И все же ты все равно пришел. Неужели личные границы для тебя ничего не значат?
Он окинул меня взглядом, и мой тройной слой спандекса внезапно перестал казаться таким защитным.
— Я прикасался к тебе хоть раз с тех пор, как ты сказала мне не делать этого? — спросил он. — Ты так выглядишь… и я держу свои руки при себе. Если это не уважение границ, то что это, черт возьми, такое?
Я кивнула. В его словах был смысл. Мне было трудно удержаться, чтобы не протянуть руку и не провести кончиками пальцев по бугоркам его мышц, и я ненавидела его. По крайней мере… я хотела ненавидеть.
Я подняла палец.
— Одна граница. Ты придерживаешься только одной. Если бы я хотела, чтобы ты был здесь сегодня, я бы пригласила тебя.
— Ты на самом деле не против, что я здесь. Просто думаешь, что должна бороться со мной. — Он потер подбородок. — Скажи это.
— Ты чуть не избил Элайджу за то, что он бросил меня в воду. Он был тем, кто сказал тебе, где нас найти. Похоже, ты должен быть более благодарен. Разве он не твой друг?
Себастьян склонил голову набок.
— Элайджа сидел бы на заднице, если бы я хотел, чтобы он был там.
Это было правдой. Себастьян удержался от нападения на Элайджу, когда я ему сказала, но это не я его сдерживала. Он решил позволить своему другу дожить до следующего дня. Если бы Себастьян действительно хотел, то убил бы его и плюнул на его могилу, сколько бы я ни умоляла его не делать этого.
Может быть, здесь нечто больше, поэтому Себастьян остановился. Он сдерживал себя, чтобы не сравнять Элайджу с землей.