Я: Разбудив меня от мертвого сна, ты наверняка получишь желаемое. Что-нибудь еще?
Баш: Ты довольно мрачная, Грейс. То, что ты рисуешь… это застало меня врасплох.
Мой телефон зазвонил прежде, чем я успела набрать ответ. Я нажала «ответить» и прижала телефон к уху.
— Привет.
— Эй, — выдохнул он, — я не задержу тебя надолго.
— Хорошо.
— Итак, не думаю, что мне нужно говорить, что ты невероятный художник. Ты ведь знаешь это, верно? — Себастьян тихо усмехнулся.
— Это всегда приятно слышать, поскольку искусство субъективно.
— Я думаю, объективно — любой сказал бы, что ты талантлива. Но, господи, тот первый рисунок.
Я знала, что он имел в виду. Я приступила к этому альбому на следующий день после смерти отца. На первой странице я нарисовала тонущую под водой женщину с привязанными к лодыжкам грузами, с безмятежным лицом, когда она принимала свою судьбу.
— Я знаю, ты, наверное, думаешь, что я хочу умереть, но это не так. Это был не мой образ.
— Хорошо, — Себастьян медленно выдохнул, будто действительно волновался. — Хорошо, это приятно знать.
— Что ты думаешь о минивэне?
После… инцидента я нарисовала сцену похорон, происходящих на заднем сиденье микроавтобуса.
— Это было красиво, но мне это, черт возьми, не понравилось.
— Нет, я не думаю, что тебе бы понравилось.
Мы оба замолчали, и его медленное, ровное дыхание заполнило мое ухо. Я лежала на боку, отяжелевшая от усталости, но с открытыми глазами, ожидая его дальнейших слов.
— Спасибо, что позволила мне посмотреть. Я действительно надеюсь, что ты позволишь мне это снова, но это единственная грань, которую я не переступлю.
— Потому что ты понимаешь? — спросила я.
— Да, понимаю. В любом случае, тебе нужно поспать. Увидимся завтра.
— И это все?
— Ты хочешь еще? Потому что я мог бы говорить с тобой всю ночь. Мне нравится звук твоего голоса, особенно когда я могу сказать, что ты в постели.
Это заставило меня невольно улыбнуться.
— Я вроде как хочу большего, но так как нам нужно быть в школе примерно через шесть с половиной часов, я собираюсь пожелать тебе спокойной ночи.
— Посмотри на себя, ты изматываешься. Скоро я смогу тебе понравиться.
Мой смех был тихим и непринужденным.
— Спокойной ночи, Себастьян.
— Спокойной ночи, Грейс.
* * *
Неделя тянулась. Каждый день Себастьян задерживался, пока мы с Бекс обедали на стене. Он дал понять, что слушает, но не вмешивался. Он потратил много времени на глупые поцелуи со мной, но я не была настолько безрассудна, чтобы пригласить его домой. Ещё нет.
К пятнице я несколько утратила бдительность. Проблема была в том, что Себастьян был не единственной опасностью для меня. Мой учитель английского случайным образом распределил нас на пары, и поскольку я была в списке дерьма Вселенной, меня поставили с Нейтом Бергеном.
Елена посмотрела на меня с предупреждением, как будто была вероятность, что я сбегу с ее парнем до окончания занятия. Воспоминание о том, как меня ударили головой о шкафчик, было достаточно свежо, чтобы я поверила метающимся в мою сторону кинжалам в ее взгляде. У меня не было никакого желания привлекать ее внимание к своей персоне больше, чем это уже произошло.
— Как дела, Патель? — Нейт широко улыбнулся, сверкнув ямочками на щеках, когда подтащил свой стол к моему.
— Уже решил, какую пьесу выбрать?
Он откинулся на спинку стула, вытянув перед собой длинные ноги.
— Все по делу, да?
— У нас есть один урок, чтобы разобраться в этом. Так что, да, я вся в делах. — Наша задача состояла в том, чтобы выбрать пьесу Шекспира и проанализировать, что именно делает ее комедией или трагедией, а затем найти современное кино, которое можно было бы считать ее аналогом. Это было несложно, но поскольку нам обоим нужно было вести записи, чтобы выполнить задание к концу урока, нам необходимо было начать прямо сейчас.
— Мы будем работать над «Укрощение строптивой». — Нейт подпер голову кулаком. — Довольно таки простенько, учитывая, что есть современный пересказ.
— Тебе не кажется, что все остальные группы делают то же самое? — Как бы мне ни нравились «10 причин моей ненависти», я хотела быть немного более оригинальной. — А как насчет «Сна в летнюю ночь»?
Он вздохнул.
— Конечно, что угодно. Скажи мне, что написать, и я это сделаю.
В течение нескольких минут мы действительно обсуждали тему нашего задания, и я расслабилась. Нейт не был дураком. Он получал хорошие оценки и наверняка следующей осенью поступит в один из лучших колледжей. Давным-давно это было одной из вещей, которые мне действительно нравились в нем — спортсмен, который был умен и заботился о статусе школы. Но это было раньше.