Баш: Давай, я готов.
Я: Это ты попросил Хеллс отвезти меня сегодня в парк?
Баш: Да. Я рано ушел из школы. Мне нужно было показать тебе кое-что крутое.
Я: Что? Скажи.
Баш: Я лучше тебе покажу. Завтра, после работы?
Я: Теперь я точно не смогу заснуть. Ты собирался показать мне, где хоронишь трупы?
Баш: Меня оскорбляют твои обвинения.
Я: Что — то я в этом сомневаюсь.
Баш: Мне не все равно, что ты обо мне думаешь, Грейс. Я не чудовище, хотя и могу быть чудовищным.
Я: Знаю.
Баш: Хорошо. Запомни это. Я заеду за тобой завтра после работы. Приятных снов.
Я: Спокойной ночи. xoxo
Баш: Обнимашки и поцелуи? Черт, ты на меня запала.
Я: Нет, это были мертвые глаза и зияющие рты. Поверни голову набок, и сам увидишь.
Баш: Мммммммм. Наслаждайся своими мечтами обо мне.
Я: Спокойной ночи!!!!!
Баш: xoxo
Глава двадцать вторая
— Как дела, мисс Швейцария? — поприветствовал меня Престон, отпирая дверь в Сэвидж-Вилз. За то короткое время, что я здесь работаю, его редко можно было увидеть без улыбки. Поэтому, несмотря на то, что прошлой ночью я почти не спала и чувствовала себя словно отогретый мертвец, улыбнулась ему в ответ.
Я приподняла купленный в кафе по соседству кофе.
— Надеюсь, он скоро подействует, и я стану такой же бодрой, как ты.
Он усмехнулся.
— Бурная ночь?
— Что-то вроде этого.
После разговора с Башем я еще пару часов ворочалась с боку на бок. Мне потребовалось время, чтобы стряхнуть с себя меланхолию, в которой я пребывала после всего, что произошло.
С момента открытия в магазине было уже довольно много народу, так что у меня не оставалось времени зацикливаться на своих чувствах. Престон обслуживал большинство клиентов на этаже, а я работала на кассе. Я на лету изучала скейтборды, но ни в коем случае не была экспертом. Не то что Престон. Поэтому, когда парень примерно моего возраста оперся локтями на прилавок и спросил мое мнение о деке, которую он собирался купить, я запнулась при ответе.
— Вы уже покупали эту марку? — спросила я.
Он усмехнулся, глядя на меня. С лохматыми каштановыми волосами и небесно-голубыми глазами он был симпатичным, но не более того.
— Конечно. Мне просто интересно, что ты о ней думаешь, — он уставился на мою грудь и, не увидев бейджика, перевел взгляд на меня. — Как тебя зовут? Обычно, когда я сюда прихожу, вижу тут Хеллс.
— Я Грейс. Работаю здесь всего пару недель.
— Грейс? Никакого безумного прозвища?
— Откуда ты знаешь, что Грейс — это не мое прозвище? Может, это ирония, ведь я везде спотыкаюсь. (Грейс (Grace) — в переводе с английского означает грация, изящество. — прим. Пер)
Он рассмеялся, продемонстрировав белоснежные зубы и ямочки, от которых еще пару лет назад у меня в животе запорхали бы бабочки.
— Ну что, правда? — спросил, наконец, он.
— Нет, — я заправила волосы за ухо. — Грейс — это имя в моем свидетельстве о рождении.
Парень протянул руку.
— Я Лиам.
Я потянулась, чтобы пожать ему руку, но не успели мы друг к другу прикоснуться, как почувствовала железную хватку на своем животе и прикосновение горячих губ к изгибу моей шеи.
Красивые голубые глаза Лиама округлились, а его рука тут же сжалась в кулак и тяжело опустилась на стойку.
— Эй. Баш. Как дела?
Я чувствовала за своей спиной крепкую грудь Себастьяна.
— Просто проверяю, как тут моя девушка. Мы засиделись допоздна, и я подумал, что она может устать, — он потерся носом о мою щеку. — Как дела, детка?