Пролог
Вопрос: Ну, кто признаётся в любви тому, кто видит тебя впервые?
Ответ: Я!
Люблю его уже три года. Безудержно. Сильно. Бесповоротно. Он на два курса старше нашего потока и красавчик-мажор. У него толпы воздыхательниц, а я наивно, полагаю, что лучше всех поэтому, перехватив его в коридоре, у бассейна, обёрнутого полотенцем, со стекающими каплями воды по лицу, признаюсь... да... в любви...
Брови молодого человека смыкаются, пытаясь уловить смысл обращённого к нему шёпота. Затем взгляд Соболева проясняется, поняв, о чём я блею. Он смотрит на меня, как на прокажённую, а потом, начинает неистово смеяться...
— Ты ненормальная, да? — говорит, наконец, мажор, сворачивая мой стук сердца до патологической тахикардии. — Чего тут несёшь? Вообще! С ума сошла?
Чувствую себя загнанной в щель мышью и вдруг осознаю ущербность собственного положения. Ощущаю, как краска стыда заливает щёки, да что там, всю меня! Тело горит, словно ошпаренное и мыслей нет, ни-ка-ких...
— Может, будем встречаться? — слышу собственный тихий голос, и ужас пробирает до косточек.
Это что? Я сама такое говорю? Правда? Поднимаю глаза и смотрю на реакцию — парень не сильно-то и в шоке. Илья вытирает волосы светлым полотенцем и, приподняв левую бровь, смотрит на меня надменно..., улыбаясь.
— Ты это серьёзно? Думаешь, наверное, одна такая отважная? — говорит возлюбленный и неприятно от этого тона, режет и скребёт у меня внутри. — Да вас толпы каждый день тут по мою душу отираются, и все об одном и том же. Честное слово, надоели. М-да.
Соболев вздыхает, отворачивается, чтобы уйти.
— Но, может, попробуем, а? — я, должно быть, съехала с катушек, если всё ещё продолжаю, на что-то надеется.
И о, Боже! Он останавливается, оглядывается, видимо, заценив мои старания, начинает улыбаться, а потом, его оскал превращается в неприятную холодную маску, пошлую... я «такое» не люблю...
— Ну, так разведи огонь. Может, и подумаю, — отвечает Илья и вновь, разворачиваясь, удаляется.
— Развести огонь? — повторяю как заклинание, зацепившую меня фразу. — Это что Соболев имеет в виду?
Глава 1
Я Полина Лужина. Мне двадцать один. Учусь в том же Университете, что и парень моей мечты, на бухгалтера. «Любая профессия нужна только согласно времени, и лишь, бухгалтерия вне этого сегмента измерения, она будет необходима постоянно!», — аргументировал отец выбор для меня будущего дела. Поэтому, да! Можно сказать, я ведомый человек, ведь сопротивляться назиданию отца не стала, просто согласно махнув головой. Бухгалтер, так бухгалтер. Сойдёт и это. Однако, к думкам по поводу того, что отец подарил мне никчёмную размеренную жизнь, теперь добавилась признательность ему. Ведь именно благодаря желанию родителя поместить «своё сокровище» в стены сего заведения, я приобрела бездонную любовь к этому парню. Сильное чувство меня грело, делало живой... наделяя безумной радостью!
Слегка покачиваясь от пережитого стресса, я возвращалась в нужный корпус здания на лекцию, которая должна была начаться уже с минуту на минуту.
— Ну и что?! — вкрадчиво спросила, догнавшая меня в коридоре Дина Пронина, моя лучшая подруга, кое-как справляясь с собственным любопытством.
Я и, несмотря на неё, знала, что глаза у Динки блестят, как у кошки, когда та видит мясо.
— Никак, — сухо ответила ей.
Делиться неудачами не люблю, наверное, как все... Вот и сейчас, почувствовав, что подруга цыкнула на вздохе, разозлилась. Меня, видите ли, жалели! Сначала возникает желание замять эту тему, но…, вопреки обычному поведению, начинаю рассказывать-таки, ей о том, что произошло несколько минут назад. Подбираясь к главной кульминации, последней фразе Ильи. Понимаю, что не просто так всё это ей выложила - нуждаюсь в её мнении.
— Так и сказал? — удивлённо переспрашивает Пронина.
— Угу, — отзываюсь, стараясь казаться равнодушной.
— Вроде как шанс дал, — комментирует Дина задумчиво, силясь в моих глазах прочитать нечто подобное.
— Наверное, — пожимаю я плечами, намеренно безразлично, отправив заинтересованный взгляд вдаль по коридору, внутри надеясь на то, что вероятно, и имелось это в виду.