В такой обстановке Николай, мне кажется, совершенно каким-то недосягаемым, недоступным, человеком со звезды.
— Нам требуются официанты, — произносит он, — ты по этому поводу?
Я покорно махаю головой и несмело улыбаюсь.
— Тогда поехали...
Через двадцать минут собеседования я покидаю кабинет Управляющего, отправляя туда Динку, и стою, рассуждая на тему «чего я достигла в жизни»... Неприглядной выглядит собственная картина куцего существования, приходит понимание, что если не родилась, например, как Зуев с золотой ложкой во рту, трамплина для прыжка в высоту не предоставляется... приходится прыгать с места. Представляю эту картинку в уме и, как в сказке, понимаю, что в подобной ситуации можно сигануть дальше всех остальных... лишь в длину. Потом закрадываются в сознание слова Миши «он не твоего поля ягоды» и становится всё на свои места, значит, Соболеву подавай только самое сверкающее, лучшее, ему под стать! Комок внутри грудной клетки становится тяжелее, после этого открытия, сил для «достижения цели» убавляется значительно, НО... представляю образ Ильи в голове, на который отзывается моё нутро и... я, в меньшей степени конечно, но возгораюсь снова...
— Ура! Нас приняли, — слышу радостный возглас Дины, только что вышедшей от Зуева, — Коля сказал, если не спешим, то уже сейчас можем выходить на стажировку. С медкнижками и санминимумом попросил решить вопрос в течение недели.
Я, всё ещё находясь во власти собственных беспокойных мыслей, киваю головой в ответ, не до конца осознавая, вновь предоставляемый мне жизнью шанс — видеть теперь Соболева постоянно, не только на тренировках.
— Ты что, как неживая? — замечает моё настроение Пронина, — случилось чего?
— Вспомнила, что Мишка говорил, про то, что я с Ильёй не одного поля ягода, — делюсь мыслями с подругой.
Бых, кстати говоря, из самой что ни на есть простой семьи журналистов. Дина вздыхает и кладёт участливо мне руку на плечо.
— Много, мой Бых понимает! Ты и уши развесила! — весело щебечет она и на душе становится спокойно и радостно, — Столько прошла и что, всё хочешь пустить коту под хвост? Нетушки, взялась и «don’t stop», иди вперёд!
Смотрю на Динку и спрашиваю вдруг, запамятовав, как это происходило у них:
— У вас с Мишкой было проще, ведь всё, да? Ваше знакомство и всё такое.
Подруга хохочет и напоминает мне:
— У нас любовь с первого взгляда состоялась. В первый же вечер и признались друг другу в своих чувствах, но с точки зрения обывателя, наши отношения — это тоже, «нечто из ряда вон выходящее». Понимаешь?
Я внимательно слушаю рассказ Прониной, перерабатываю «данные».
— Нормально, Поля, когда всё постепенно, как у тебя с Соболевым, развивается. — Дина улыбается, почти как моя мама, покровительственно, и сама делает вывод, который меня вдохновляет, — так же жить интереснее!
В коридор выходит, на этих словах, Коля и встретившись со мною взглядом, передаёт нечто большее, чем я могу воспринять. Ведёт нас сначала в раздевалку, подбирая нам с подругой костюмы, довольно воздушного содержания, похожие на те, что используются в немецких пивных заведениях, с короткими пышными белыми юбками. Затем, на кухню. Там мы знакомимся с персоналом, меню, виной картой, правилами сервиса и техникой безопасности... От переизбытка информации меня начинает плющить, уже в середине словесного потока. На меня нападает усиленная зевота, ловлю на себе насмешливые взгляды теперь, по регламенту, коллег и ничего не могу с собою поделать — кое-как держу веки открытыми. В этот день мы так и не вышли в зал..., и я не встретилась с Соболевым, не обслужила его стол...
А вечером, лёжа на кровати, я: изучала винную карту «Велеса», зубрила меню, технологии приготовления блюд и вздыхала, потому что казалось, что никогда всё это не освою! «Колобредятина» полная!
Глава 12
Слишком медленное развитие событий меня угнетает, портит настроение. Накануне вечером, перед тем, как закрыть глаза, и предастся объятиям сна, приходит яркая идея — проявить максимум активности по отношению к своему герою. Недолго думая, печатаю сообщение Мишке с текстом: «Соболев любит напористых?».