— Да, — отвечаю коротко и выхожу из преподавательской.
Пускаться в объяснения ненужные не хочу, и так сердце колышется с воспоминаний. Смотрю на трёхметровую вышку вновь. Низ живота отзывается пульсирующим комком. В тот раз на уроке я смогла настроиться на прыжок — оценка была на кону. Однако... Сеин сказал, что не допустит к зачёту, перед этим отстреляв меня по щекам для приведения в чувство.
Сажусь осторожно на край бассейна, дую в утиный клапан и ищу взглядом того, ради которого затеян эксперимент. Соболев на дорожке с ребятами, раздетый до плавок, что-то бурно с ними обсуждает. Жадно впитываю каждый изгиб его тела, отсюда ощущая похожие на физические прикосновения взглядом к нему. Где-то на задворках мыслительных процессов, понимаю, что смотрюсь, наверное, по-идиотски, но… не могу отвести от Ильи взгляда. Вообще никак.
— Слушай, Лужина, — слышу над ухом голос Юрия Марковича, — я тоже, ведь когда-то тонул, так же боялся плавать. Думаю, только благодаря этому стал тренером по водному виду спорта.
Перемещаю взгляд назад, на Сеина, и жду продолжения, начало меня, бесспорно, заинтересовало.
— Так скажем, я не из тех, которые сдаются, — мужчина машет головой, убеждая больше в этом самого себя. — Вижу, у тебя особое это рвение тоже проявляется...
Оставляю клапан в покое, слегка шокированная выводами Юрия Марковича.
— Так и быть, возьму тебя под свой личный контроль. Ещё, вместо меня, здесь преподавать будешь!
Он подмигивает и уходит, кинув мне через плечо:
— Так, что готовься! Сегодня, у тебя считай, возрождение уверенности в себе начинается.
Я удивлённо хлопаю глазами, чувствуя, как неприятно ползут мурашки по всему телу. Ужасно хочется в туалет. Бегу, нечаянно встречаясь взглядом с Мишкой, который почему-то оттопырил вверх палец и закусил, прикольно так, губу, словно восхищаясь. Ответ приходит ко мне позже — я ж стала блондинкой! Друг подруги заценил мою покраску, а Соболев нет, и это угнетает. Бых мне улыбается, подмигивает в поддержку, а я кривлю улыбку в неуверенности. Это наше «общение» замечает Коля Зуев - их общий одногруппник, видимо проникаясь к моей персоне интересом, поскольку исподтишка наблюдает дальнейшую тренировку со мной. На выходе замечаю, что к их мужской компании волейбольной сборной, подкатывают две точёные «Барби» и вновь укол ревности тычет в область солнечного сплетения...
Спустя час, я вымотана в стельку. Юрий Маркович, действительно, как и обещал, взялся за меня рьяно. Начали мы с простого — упражнений-зарядки, которые свойственны больше для купального процесса, чем для разминки. Затем отработали правильное дыхание...
— Если с этим проблемы, то будешь тонуть, — объясняет принципиальное зацикливание на последнем тренер, а потом заставляет меня спуститься в бассейн у лестницы, для того чтобы прятать голову под воду, пуская пузырьки через нос...
Именно это, даётся мне с превеликим трудом. Панический страх сковывает движения, однако руки тренера, всё время меня спасают, выуживая из воды за скрученную на макушке шишку из волос. Я вспоминаю, что в сумке осталась лежать моя шапочка для бассейна... Не одела её, желая, продемонстрировать Соболеву свой новый блонд...
— Молодец, — хвалит Сеин, удовлетворённый результатами, — а теперь, цепляйся за утку и вновь, полчаса отрабатывай упражнение ногами, которое я тебе показал. Учти, халтурить будешь, останешься здесь ещё на час!
Послушно киваю головой и, отплывая, слышу, тренер вновь обращается ко мне.
— Туда, — он показывает мне пальцем на парней, что режутся в водный волейбол, — ни уткой, ни пол уткой, поняла?!
Снова соглашаюсь, понимая теперь, ЧТО он имеет в виду. Отчаянно работаю ногами, но спустя десять минут упорных занятий, ощущая усталость, сбавляю темп. К подобным нагрузкам моё тело ещё не привыкло.
— Не халтурь! — слышу с вышки напоминание Юрия Марковича и с новой силой начинаю работать нижними конечностями, покоряясь замечанию.
Сегодня, насколько помнится, у Соболева проводятся прыжки в воду. Однако тот занят волейболом вместе с ребятами. Думаю, что Мишка чего-то напутал или ошибся, но нет, спустя ещё несколько минут, парень отправляется на трамплин, средний — трёхметровый.