В заключение приведу выдержку из письма Уильяма Колби ко мне от февраля 1993 года:
«…Вы правы, что мы еще не дожили до того момента, когда государства могут обойтись без разведки. Самое главное, вы правы, говоря о том, что разведка должна быть ориентирована на защиту национальных интересов своей страны, но без идеологических предвзятостей относительно «противников». Следуя таким курсом, разведывательные службы наших государств могут служить своим народам, избегая непродуманных эксцессов на своем пути, и сотрудничать в тех областях, где совместно мы можем сделать больше для своих стран, чем по отдельности. Разработка конкретных деталей этой деятельности будет непростым делом, но это будет захватывающий процесс, и он принесет благо всем нам».
Предатели
В своих воспоминаниях о работе в разведке я никак не могу обойти тему предательства, хотя, естественно, никаких приятных эмоций она не вызывает. Но это тоже часть жизни в разведке, и никуда от этой темы не уйти. Предательства имели место в прошлом, есть они и теперь…
Во время сталинских репрессий некоторые разведчики отказывались возвращаться в СССР и оставались за границей во имя спасения своей жизни. Осуждать их трудно: здесь срабатывал нормальный инстинкт самосохранения. После смерти Сталина и устранения Берии и его сообщников никакой «охоты на ведьм» в разведке уже не велось. За время моей службы в этом ведомстве не было ни одного случая, чтобы разведчик стал жертвой доноса, интриг или клеветы и был незаслуженно репрессирован. Теперь предательство имело уже совершенно иную основу — разнообразные проявления аморальности в сочетании с психическими отклонениями. Подавляющее большинство таких предателей попыталось представить себя перед лицом мировой общественности в роли политических борцов с системой, которая провозгласила себя социалистической, как противников тоталитаризма, как «узников совести».
Но вот уже изменилась система, она делает мучительные попытки перейти к рыночной экономике, к демократии, а предателей, увы, не стало меньше, да и прежние «идейные», несмотря на полученные гарантии, что-то не спешат возвращаться на родину. Вывод напрашивается такой: наш перебежчик предает не социальную систему, а свою родину, коллектив разведки, друзей (которым предательство перебежчиков обходится дорого — ломается их служебная карьера), родителей, жену, детей. Во всех известных случаях предательства никаких идеологических мотивов не просматривается. Причины его самые прозаические и низменные: казнокрадство и, как следствие, вербовка иностранной спецслужбой на основе компрометирующих материалов; бегство от больной или нелюбимой жены; уход от семьи с любовницей; пьянство и деградация личности на этой основе; трусость, проявленная при столкновении с иностранной спецслужбой; патологическая жадность к деньгам и вещам; половая распущенность; боязнь ответственности за промахи в служебной деятельности; бездушное или неприязненное отношение к своим ближайшим родственникам и даже желание отомстить своему начальнику ценой собственной измены. В этом далеко не полном наборе мотивов предательства возможны самые удивительные сочетания и комбинации.
Каждое предательство тяжело сказывалось на настроениях в коллективе разведки. Ни один такой случай не вызывал в ком-либо сочувствия к самому предателю — со всех сторон раздавались самые жесткие и крайние оценки его поступка. Ряд предательств был раскрыт совместными усилиями разведки и контрразведки, и сотрудники, вставшие на путь измены, получили суровые приговоры. Кстати говоря, предательство никогда не остается нераскрытым, хотя иногда это происходит слишком поздно.
Те из предателей, кого не настигла кара, кто спас свою жизнь, убежав к своим хозяевам, по данным, которыми мы располагаем, не обрели спокойной и счастливой жизни. В Центре же их предательство оборачивалось многочисленными неприятностями для сотрудников разведки. Начинались мучительные разбирательства и служебные расследования, которые приводили к стереотипным выводам: 1) допущены просчеты при приеме бывшего сотрудника на работу; 2) его плохо изучали и не воспитывали в процессе работы; 3) руководство подразделения допустило ошибку при рекомендации его на работу за границу. Виновным давались взыскания, начиналась очередная кампания перестраховок и недоверия, которая длилась до очередного предательства. Далее все начиналось с начала и следовали уже знакомые императивы: уволить, понизить, предупредить, объявить, усилить, углубить, потребовать, обратить внимание, тщательно разобраться, наказать виновных своей властью и так далее, и тому подобное.