- Ты знаешь, пожалуй стоит сходить посмотреть на людей, так сказать, и себя показать. Я разбужу сына, потом буду собираться. Во сколько ужин? – Она аккуратно села на край кровати, погладила темнеющие с каждым днём волосы мальчика.
Женя присел с другой стороны, создавая своим присутствием для Лены напряжённую атмосферу.
- Нас ждут через два часа. Успеешь?
- Да. Раз ты тут разбуди Кирюшу, своди его в туалет, а я в душ.
- Не вопрос. С радостью поухаживаю за сыном.
Лена в очередной раз сжав челюсть от услышанного, прошипела тихо.
- Перестань его называть сыном, он тебе крестник, а не сын!
Женя, уступая, поднял, улыбаясь руки.
- Простите леди, постараюсь не называть крёстного сына сыном. – И тут же улыбнулся своему каламбуру.
- Ты меня понял и не надо тут лыбиться, как Чеширский кот! – Недовольная ситуацией зашла в ванную, закрывая за собой дверь на замок. Её сердце колотилось как бешеное, неужели ей нравится, как он себя позиционирует в её глазах. Она внутренне восторгалась им, когда внешне старалась показать холодность. Между ними не может быть больше любовной связи, тем более сейчас, когда предстоит судиться за общее имущество умершего мужа. Скинув одежду, Лена пыталась расслабиться под спасительными струями воды в душевой кабине. В этой квартире было две ванные комнаты, одна с джакузи и вот эта с душем только с прозрачными створками и углублением для слива воды.
В гостиной приятно пахло жареными гребешками, Женя подул на пятачок, положил его в тарелку мальчика, а тот довольный уплетал новое для него блюдо, словно оно его любимое.
Лена оставила мужчин без внимания, прошла в комнату, демонстративно, прикрывая на груди полы белого махрового халата.
Заметив воинственное настроение женщины, мужчина лишь тихо усмехнулся про себя. Потирая указательным пальцем подбородок, устремил взгляд на малыша, поедающего с большим аппетитом гребешок. Посчитав, что ему уже достаточно белка убрал тарелку со стола на кухонный шкаф, на что малыш капризно указал туда вилкой.
- Есё хочу!
- Нет, мой хороший. Тебе хватит. Давай лучше я тебе макарон сварю?
- Нет. Не буду макалоны.
- Уверен?
- Да. – И положил вилку на стол, сползая со стула, мальчик побежал в комнату к матери. Он так быстро и широко распахнул дверь, что женщина внутри, не ожидая такого поворота событий, обернулась, оказавшись перед мужчинами в белом кружевном белье. Женя хотел остановить ребёнка, но не успел. Остолбенев, застыл, глядя в растерянные и испуганные глаза женщины.
- Отвернись. Господи, да что ж вы за мужики беспардонные такие. – Лена накинула сверху банный халат, устремила строгий взгляд на сына.
- Кирилл Евгеньевич, ты мальчик и должен стучать, прежде чем войти в комнату к маме! – Она присела на корточки рядом с ним, его лицо выражало восторг, впрочем, как и у другого, стоящего в проёме мужчины. – Мама-девочка, а к девочкам вот так врываться нельзя, - уже смягчая тон, она заметила появление слёз в его больших голубых глазках.
- Касивая мама! – Обнял её, маленький хитрец, уже знал, как умаслить женщину.
- И он в этом прав, маленький сорванец! – Обратил на себя внимание мужчина.
- Нет, ну ладно ребёнок, ты, то чего пялишься тут стоишь? – Возмущённо поднялась на ноги оскорблённая женщина, или всё-таки довольная. Не каждая в её возрасте может похвастаться идеальными формами.
Мужчина, отворачиваясь, как будто только сейчас понял, что увидел практически обнажённую женщину, и дико сожалеет о своём хорошем зрении.
- Я вообще-то, хотел успеть его поймать, но как видишь, не успел. Уж очень он у нас шустрый.
- Так. Всё, хватит! Ты ведёшь себя, как будто мы семья. Мы всего лишь прилетели с сыном отдохнуть. Ты нас пригласил. Спасибо. Но мы это мы, а ты это ты. Понятно! – Лена заводилась, стараясь отдалить от себя этого мужчину. Он не должен видеть, что происходит с ней, когда он рядом, она начинала нервничать, замечая за собой проснувшееся влечение к нему.
Женя нахмурил брови, плотно сжимая челюсть. Женщина заметила, как его желваки ходили ходуном, выражение и так жёсткого лица стало ещё более серьёзным. Решила больше не продолжать свои претензии, а мужчина просто взял мальчика за руку и вывел из комнаты, прикрывая за ними дверь.
Лена хотела надеть короткий сарафан, но после инцидента, упаковалась в брючный кремовый костюм, хоть брюки были плотного кроя строго по ножкам, пиджак с три четверти рукавами сидел как влитой. В нём она чувствовала себя более защищено. Волосы оставила распущенными, и почему-то сейчас захотелось их изменить, но что именно не поняла и оставила как есть.