В кабинет вошла староста группы, маленькая, хрупкая девушка с огромными очками на носу.
- Извините, Мария Александровна, - пролепетала она, - студенты спрашивают, когда будет консультация по курсовой работе.
Я облегченно выдохнула. Это не он. Пока не он.
- Я всё объясню, – ответила я, стараясь скрыть дрожь в голосе, - напишу объявление, что консультация будет в четверг, в три часа. Полагаю, это время всех устроит.
Староста кивнула и вышла. Я снова осталась одна, наедине со своими страхами.
Мне пришлось вернуться в кабинет, чтобы продолжить пару.
Время тянулось бесконечно долго. Каждое движение, каждый взгляд студентов казались мне подозрительными. Я чувствовала, что Чернов наблюдает за мной как хищник. И это сводило меня с ума.
Когда пара завершилась, студенты, словно по команде, захлопнули тетради и быстро покинули аудиторию. Все, кроме Игоря.
Он остался сидеть за своей партой, не отрывая от меня взгляда. В животе неприятно похолодело. Медленно, но уверенно, Игорь начал подниматься и двигаться в мою сторону.
- Ты так мило краснела, персик, пока пару вела, - прозвучал его голос, тихий, но отчетливый и дерзкий, - и я знаю, что такая же сочная и сладкая ты абсолютно во всех местах!
Я попыталась собраться с мыслями.
- Я твой преподаватель. Давай не будем об этом забывать, - выпалила я, чувствуя, как щёки снова начинают гореть. Что говорить после той ночи, что была между нами, я просто не знала.
Игорь остановился в шаге от меня, и в его глазах мелькнул какой-то озорной огонек.
- А знаешь, так даже интереснее, Маша! Даже не знал, что преподши бывают такими сексуальными штучками. Я тебя не забыл. А ты со всеми так без разбора, а? Днём - смиренная преподша, а вечерами - тигрица-развратница? Мне понравилось. Я бы был не прочь повторить. Можно и здесь. Как понимаю, ты же любишь экстрим! – прошептал он, и я почувствовала, как земля уходит из-под ног.
Его слова прозвучали как вызов, как дерзкое обещание. Я отступила на шаг, упершись спиной в край стола. Сердце колотилось так сильно, что казалось, будто он слышит его стук.
- Игорь, пожалуйста, не усложняй ситуацию, - проговорила я, стараясь сохранить спокойствие в голосе, хотя внутри бушевал настоящий ураган, - это ошибка. То, что произошло, не должно повториться.
Он усмехнулся, и эта усмешка заставила меня поёжиться. В ней читалось пренебрежение к моим словам, уверенность в своей правоте.
- Ошибка? - он сделал ещё один шаг, сокращая расстояние между нами до минимума. Я чувствовала его дыхание на своей коже, ощущала исходящее от него тепло. Запах его одеколона, такой знакомый и манящий, кружил голову.
- Игорь, остановись, – прошептала я - нас могут увидеть.
- И что? – в его голосе звучала откровенная провокация.
Он поднял руку и медленно провел пальцем по моей щеке. От этого прикосновения по телу пробежала дрожь.
- Ты реально горячая штучка, Мария Александровна, - прошептал он, наклоняясь ближе, - я не могу перестать думать о тебе.
- Отойди от меня. Давай просто забудем о том, что было, - да он словно издевается.
- А давай не забудем, - ответил дерзкий нахал.
Я оттолкнула его, схватила сумку и выбежала из кабинета, словно спасаясь от пожара. Коридор был полон студентов, спешащих на занятия. Я шла сквозь эту толпу, чувствуя себя потерянной и уязвимой.
= 3 =
Домой я вернулась очень расстроенной. С мужем больше не живу.
Через два дня после того, как узнала о его предательстве, я переехала в однокомнатную квартиру, которая осталась мне от мамы.
Отца своего я и знать не знаю. Он оставил маму, когда та была беременна мной.
Я была поздним ребёнком, но мама меня очень любила.
Мама… она так отговаривала меня от замужества. Как же она была права!
Но я, ослепленная любовью, не слушала. Вышла замуж за Максима.
Максим казался таким надежным, таким любящим. Пять лет совместной жизни, казалось, подтверждали мой выбор. Пять лет, которые теперь кажутся фарсом.