- Я вас слушаю, - подобрался Андрей, понимая, что это не просто текущий звонок, чтобы узнать как обстоят дела с совместным проектом, о котором они вели переговоры в ОАЭ.
Арсений Сергеевич ненадолго замолчал, обдумывая слова, что собирался сказать. Этот разговор был для него сложным по многим причинам и репетировал его он уже как минимум трижды. Поэтому, владелец "Миохон-Холдинг" просто поднял взгляд, рассматривая в окошке видеозвонка загоревшее лицо молодого мужчины.
Он познакомился с Андреем Воронцовым шесть лет назад на конференции в Лондоне, где тот участвовал в семинаре по построению моделей производственных процессов. Это была инновационная задумка, которую он презентовал с такими горящими глазами, что Арсений тут же предложил ему работу. Естественно Андрей отказался. Амбиций в этом парне было столько, что работа на тогда еще только набирающее обороты производство в родной стране казалось ему огромным шагом назад от того, что он считал пределом своей карьеры. Лишь после того, как при личном обеде Арсений Сергеевич рассказал ему о той модели бизнеса, которую пытался построить и тех возможностях, что готов ему предоставить, Андрей согласился.
С тех пор под руководством Воронцова они открыли семь производственных площадок, а несколько лет назад вышли на международный рынок, заключив несколько контрактов с Китаем и ОАЭ. Несмотря на довольно обширные полномочия, что Арсений Сергеевич дал парню, ему никогда не приходилось вмешиваться или ставить под сомнения решения этого молодого мужчины.
До этого момента.
- У нас проблемы с Южным филиалом, - решил говорить прямо Лисовский. - На площадке произошла авария, есть пострадавшие. По предварительным данным вина на нас из-за не соблюдений техники безопасности в производственном цикле.
Андрей нахмурился, отчего между его темными бровями пролегла глубокая морщинка.
- Но там нет никаких нарушений, я сам настраивал этот процесс, прописывал нормы... - лишь произнеся последнее, Воронцов наконец понял тяжелый взгляд, что не сходил с лица Арсения Сергеевича с того момента, как он принял звонок.
- Вы считаете, что я допустил ошибку? - холодно поинтересовался он, сжимая руки в кулаки.
Лисовский еще мгновенье смотрел в глаза Андрею, после чего устало облокотился на спинку кресла и потер глаза. Сейчас, как никогда, ему хотелось на пенсию, но он был уже достаточно опытен, чтобы понимать, что так ситуацию оставлять нельзя.
- Я не знаю, Андрюша, - по-отцовски тепло отозвался он. - На том филиале черт знает что творится, и я хочу, чтобы ты поехал и во всем разобрался. Лично.
- Но как же моя работа здесь? - возмутился мужчина, который не хотел даже себе признаваться, как его задело предположение о его некомпетентности. - Я столько сил отдал этому контракту, все на финальной стадии обсуждения.
- Я займусь им сам, - покачал головой Арсений Сергеевич. - Совмещу это с небольшим семейным отпуском, пока жена окончательно не собрала свои вещи и не оставила меня на старости лет.
Андрей было раскрыл рот, чтобы высказать все, что вертелось у него на языке, но вовремя его закрыл. От этого мужчины он не видел ни слова укора за всю историю их взаимодействия и, если в данной ситуации ему нужны были доказательства того, что его вины в этом моменте нет, значит он их достанет. Да он там всю компанию с ног на голову перевернет, у него все по струнке ходить будут. И, если действительно окажется, что кто-то ведет нечестную игру, вот тогда у него найдется, что сказать по этому поводу.
- Хорошо, Арсений Сергеевич, - с едва скрываемым недовольством, но все же согласился Андрей. - Мне нужно решить некоторые вопросы, и я сразу вылетаю.
Глава 2
Открыв глаза, Аня перевернулась на другой бок и, уткнувшись в подушку, громко замычала. Хотелось закричать, но она опасалась, что соседей может потревожить её крик, а за подобное из этой гостиницы могли и выселить без возврата уплаченных денег. Она повторяла себе это вновь и вновь, пока лихорадочно мечущийся мозг окончательно не проснулся.
Ей снился Кирилл.
Они лежали поверх мягкого белоснежного покрывала на широкой кровати, которую несколько лет назад купили, когда делали ремонт в только что купленной трёшке в центре столицы, и смотрели на солнечные блики, отражавшиеся на потолке.