- Конечно, иди, скажи ему.
Разговор с Ди был тяжелым. Он знал, что, скорее всего, так и будет, но до последнего надеялся, что невестой будет Росси. В целом он принял все довольно спокойно, но ушел быстро, и я знала, где он будет всю ночь. Сначала пойдет на тренировку, а потом напьется.
Утром я увидела его за завтраком, выглядел Ди хорошо. Дрэнор, как и прежде, вел себя спокойно, сидел отстраненно, не участвуя в светских беседах, зато Шелеван был мне очень рад. Росси, узнав о том, что замуж за ненавистного ей демона пойду таки я, радостно уплетала завтрак, даже шутила и смеялась. А мне было как-то неловко. Совсем скоро, завтра утром, мы с Дрэнором Аквитанским станем мужем и женой перед богами, а он даже не удосужился поговорить со мной или как-то наладить контакт. Как-то не очень у нас все складывается с самого начала. Идей, как наладить отношения с тем, кто этого не хочет, у меня пока что не было.
После завтрака все разошлись, я не успела ничего предпринять. Подумала, что, наверное, это к лучшему. Решила ждать утра, потом будет много времени на разговоры. Жутко нервничала перед церемонией. Решила отвлечься и засесть за амулет, работа всегда поглощала мое внимание, особенно такая ответственная. Перед отъездом нужно обязательно доделать подарок Ди.
Я просидела над своим детищем до утра. Отец, зайдя в мою мастерскую, охнул.
- Натиналь, ты с ума сошла? Я, когда не нашел тебя в покоях, право дело подумал, что ты набралась ума и сбежала, но ты здесь. С ума сошла? Не знаешь что ли, сколько обряд сил отнимает? Марш в свою комнату и готовься к церемонии. Платье уже ждет тебя. Церемония назначена на раннее утро, на ней будут только наша семья и представители Аквитанского. Мало ли что произойдет на церемонии.
- Папа, все хорошо, время еще есть. Не переживай.
****
Я смотрела на себя в зеркале и любовалась. Белое шелковое платье обтягивало тело как вторая кожа, полностью закрывая грудь и шею, зато оголяя спину, оно полностью повторяло силуэт, подчеркивая тонкую талию и высокую полную грудь, немного косметики понадобилось, чтобы сделать акцент на губах и глазах. Когда папа пришел за мной, чтобы проводить в храм, сделал комплимент, сказал, что прекрасна, и должна достаться кому-то более достойному.
- Перестань! – шикнула на отца.
Дрэнор Аквитанский со своей несменной свитой уже ждал в храме. Он был в своем парадном военном мундире красно-черного цвета. Лучики солнца, проникающие в храм через витражные окна, играли в красных прядях демона, избегая только двух косичек, которые падали ему на лицо.
Шелеван и Сильтрейн тоже были в костюмах, Шелеван даже ободряюще мне улыбался, пока отец вел меня к жениху. Дрэнор Аквитанский протянул мне свою руку, помогая подняться по ступенькам, при этом до боли сжал мою ладонь, но я стерпела, хоть посмотрела и озадаченно. Но, когда встретилась с злым воинственным взглядом, недоумевающе подняла одну бровь, а затем снова на наши руки. Дрэнор отпустил мои пальцы с отвращением, будто дотронулся до чего-то неприятного.
Священник посмотрел на нас и неуверенно спросил:
- Я могу начинать?
- Да! – сказали одновременно, но с разными интонациями. Дрэнор зло, а я… с сожалением.
- Согласны ли вы, Дрэнор Аквитанский взять в жены госпожу Натиналь Эквильскую? – произнес жрец.
Демон чуть скривил губы, но быстро взял себя в руки. Меня же было не обмануть. Я не хотела читать его, но все-таки решилась. Чувствовать, как ко мне относятся живые существа, дар эмпатии был дан с рождения, один из даров богини. Иногда я этот дар проклинала. Например, в этот раз. Тот, в которого я влюбилась с первого взгляда, ненавидел меня, чувствовал отвращение. Эти эмоции я читала без труда и испытала разочарование. Как много предрассудков в наших сердцах. Предстоит много работы, чтобы исправить это. Работать, правда, придется двоим.
- Да.
Согласие на брак, данное сквозь зубы, отвлекло меня.
- Натиналь Эквильская, согласны ли вы взять в мужья Дрэнора Аквитанского?
- Да! - стараясь сохранять спокойствие и улыбаться, сказала я.
- Этот ритуальный кинжал должен почувствовать вашу кровь, - произнес жрец, получив наше согласие.
Он протянул кинжал мне, и я провела ножом по руке Дрэнора, стараясь не причинить лишней боли. Он не был так учтив, когда кинжал оказался в его руках. Я почувствовала, насколько он не хотел нашей свадьбы. Было очень больно, но вскрикнуть я себе не позволила, ведь он наблюдал с каким-то затаенным удовольствием. Не покажу слабости, с ним нельзя ее показывать, иначе он обязательно ею воспользуется. Рана, нанесенная ритуальным, священным кинжалом, заживала долго, поэтому струйки крови стекали очень обильно.