В одну из ночей демоница решила, что больше не хочет ни говорить, ни слушать. Лилу хотела танцевать и пригласила Дрэнора на самый откровенный танец демонов. Она идеально знала каждое "па", каждое "па" было отточено до совершенства. На то, как она двигала руками, телом, ягодицами, можно было смотреть бесконечно, она сама была живым искусством. Этот танец разучивали только в высшем обществе, в средних и низких слоях о нем мало что было известно. Впрочем, манеры девушки, ее осанка, речь - все говорило о том, что она из высшего общества. Это должно было облегчить Дрэнору поиски, но нет. Он перелопатил все семейное древо, но не нашел девушку с таким даром и таким именем.
В этом танце он прикоснулся к ней впервые, и она не исчезла, а, наоборот, разрешила себя трогать, трогать свое тело, касаться пальцами шелковистой кожи ног, сама положила его руку себе на грудную клетку, затем себе на грудь, заставляя его ощущать, как сильно бьется ее сердце. Нашептывала ему сладкие речи.
Дрэнор обезумел от желания, попытался овладеть Лилу прямо во сне, но она не позволила.
- Ты знаешь правила. Когда я буду единственной в твоей жизни, только тогда ты получишь меня.
- Я не могу развестись с женой.
- Ты не готов, Дрэнор Аквитанский. Я просто трачу свое время на мужчину, который никогда не решиться им по-настоящему быть. Прощай.
Она исчезла. Лилу не появлялась уже несколько ночей. Дрэнор начинал сходить с ума, гадая, что с ней произошло, жива ли она. Дрэнору казалось, что Лилу насмехается над ним, что она где-то рядом, здесь, недалеко. Временами он был уверен, что видел ее в коридорах замка или в парке между деревьями. Лилу стала наваждением, он скучал по ней, хотел обладать и с каждым днем уверялся в том, что любит ее. Чтобы увидеть Лилу вновь, чтобы она стала его, Дрэнор даже рискнул благополучием империи... Он решил развестись.
Он пришел к Натиналь, когда она была на совещании. Драконица с интересом слушала очередной доклад. Потом сверяла приведенные в докладе показатели с реальными, которые ей присылали ее верные подданные. Она долго пытала выступавшего, прежде чем разрешить ему присесть. А Дрэнор в это время просто ею любовался.
Императрицей она была прекрасной. Как бы ему не тяжело было это признавать, но именно ее заслуга была в том, что империя сейчас расцвела в прямом и переносном смысле. Эта драконица тянула на себе много лет огромный груз, выполняла одна задачи, которые не под силу были десяткам его советников. Он привязался к Нати, ему будет не хватать ее. Последнее время он всерьёз задумывался о наследнике, пока не встретил Лилу. В Лилу он влюбился, Дрэнор вообще впервые полюбил кого-то.
Когда все разошлись, и в кабинете для совещаний они остались одни, Дрэнор сообщил Натиналь о своем решении. Что она чувствует, он понять не мог, поскольку она была облачена в свои балахоны, которых он терпеть не мог, но истерик устраивать не стала и согласилась.
В тот же день Дрэнор договорился с жрецом о разводе, главной причиной назвал невозможность зачать наследника.
А ночью, перед тем как уснуть, он призвал Лилу, знал, что она услышит. И она правда пришла. Он рассказал ей о том, что решился, а она подарила ему очень сладкую ночь.
******
Я даже не думала, что все будет настолько легко. Даже не думала, что Дрэнор купится, что поверит и у него даже не возникнет сомнений на счет того, почему я так легко согласилась на что-то впервые в нашей совместной жизни. Не ожидала, что взрослого мужчину можно провести вот так просто, лишь пообещать ему ожидание награды и дать иллюзионный передок. Может, это и плохо, но я смеялась, когда он во сне занимался сексом с Лилу. Моя совесть кричала мне перестать мучить его, моей совести было его жаль, а вот моя гордость отыгрывалась. Лилу руководила я, мои теоретические знания весьма пригодились, демон остался доволен.
И вот мы стоим в храме, где все начиналось. Неповоротливый жрец всё делает медленно, в надежде, что мы передумаем. Было несколько моментов, когда огонь отказывался разгораться, ножи падали и вообще, боги, похоже, против, но я не позволила остановить церемонию, как жрец нас не упрашивал. Он сказал, что могут брачные узы быть порваны не до конца, но я всё равно настояла на своём. Наконец, нас развели, хотя некоторые связи порвать не удалось.