— Света, ты забыла! — хотел остановить её Марио, но та отказалась:
— Нет-нет, это специально для тебя. Там банки с салатом, винегретом, курицей, мясом и коробка с печёным. Не спорь, не спорь: я же знаю, что твоя мама сейчас сильно загружена. Костя и её с твоим отцом приглашал, а она извинилась и сказала, что с интерьером каждый день очень много работы. Облегчишь на пару дней — и то хорошо: ресторан — рестораном, а домашнее всё же вкуснее. Огромное спасибо, что подвезли.
— И вам спасибо! Ну, Костя, Света, счастья…
— …И большого секса! — добавила Лиля.
— Спасибо, пока! Эх, первый раз в «Форде»! Ничего себе доставочка и как раз на праздничек!..
Отъезжая, Марио предложил Лиле сигарету.
— Благодарю! Ну как, уволил Филиппа в торжественной обстановке?
— Нет, пока подвесил на крючке.
— Тоже неплохо. Я тебе свой телефон оставлю, если захочешь что-нибудь узнать — звони. Ты мне тоже свой черкни — на тот случай, если к твоему возвращению уже уеду. Ты пару недель собираешься погулять или месяца на полтора остаться?
— Не знаю, зависит от степени очарования. Иногда посмотришь на все наши условия и подумаешь: да хоть бы и навсегда, только бы всё это не видеть. Отец, правда, хочет, чтоб я пока здесь оставался, продолжил бы его начинания, да и никакие рынки здесь ещё не освоены: вариаций больше. Недвижимость, транспорт, шоп-туры, маркетинг… По-моему, основные состояния человека — ожидание и нахождение на перепутье. Поживём — увидим.
— Верно, верно. — Лиля вытащила из сумки блокнот, написала свой номер телефона и, вырвав листок, передала его Марио. — Давай, диктуй свой, не буду тебя от руля отрывать.
К дому Лилии Марио подъехал быстро: она жила в каких-нибудь пяти минутах езды от Кости. Саша стоял у подъезда, поджидая жену.
— Ну, всего хорошего. Счастливой дороги сегодня, завтра и всегда!
— Спасибо. Конечно, взаимно.
— И, главное, новой любви!
Марио молча кивнул головой. Они тепло чмокнулись на прощанье, Лиля вышла и, обернувшись у подъезда, помахала рукой.
«Странно! — думал Марио, возвращаясь к себе. — Почему мне раньше не пришло в голову обмозговать отношения в семье Филиппа? Ведь я тоже зависим от отца и матери, подвержен их влиянию, а на Филиппа смотрел как на нечто обособленное, стоящее отдельно, не соприкасающееся ни с кем. Оказывается, его отец не лишён проницательности, а мать разгуливает в розовых очках. Конечно, интересно, но ещё лучше, что эти связи меня теперь не очень-то волнуют. Завтра будет новый день. Может быть, там, за поворотом, за Чёрным морем и Адриатикой…»
Поднявшись в квартиру, Марио выложил Светину сумку на стол:
— Трофеи со свадебного стола. Света обеспокоилась тем, что у тебя много работы, о чём ей поведал Костя после разговора с тобой по телефону, и решила облегчить женскую долю.
— Весьма кстати и к обоюдному удовольствию. — Лаура стала анализировать содержимое, осматривая выкладываемые на стол банки. — Задабривает начальство мужа и рекламирует своё искусство. Не хочешь после поездки ей работу в магазине предложить?
— Это уже второй совет насчёт Светы. Первый мне Лиля за чаем дала. Определённо, надо подумать.
— А как поживает Филипп?
— В нетерпении сердца. Как бы рвётся куда-то, пытается у меня что-то выведать. Я ему пока не сказал, что его услуги впредь, вероятно, не понадобятся: он и так слишком недобрым взглядом оглядывал и машину, и бриллианты.
— Ничего, ему полезно. Лишняя спесь не украшает и сбивать её часто приходится оперативным вмешательством, — Лаура не хотела подробнее развивать тему, потому что отец сидел за столом и коротал время перед отходом ко сну за чашкой чая и газетой. — У тебя всё готово?
— Да, ещё со вчера. Из одежды собирать особо нечего, когда там такая теплынь, матрёшками и водкой Сара не интересуется, а с переводами, реквизитами и счетами разобрались ещё в субботу.