— Ну ладно, — улыбнулся Марио. — Но только при одном условии: когда приедешь в Союз, поступишь под моё чуткое руководство.
— Идёт, обещано.
— Я всё-таки тебе три-четыре миллиона подкину, — завершила Сара. — Мало ли что…
Джанлука открыл Марио тоже прекрасную, но совсем другую Италию, о которой Сара, конечно, слышала, но которую, не особо искушённая в развлечениях, не могла показать племяннику, — то была Италия южной ночи и всевозможных увеселений курортников и беспечных прожигателей жизни. Перед глазами Марио замелькали ночные клубы, гей-бары, концерты под открытым небом, дискотеки и всякого рода пикантности для острых ощущений. Парни утопали в роскошных креслах гостиной Джанлуки и располагались в диско-барах, где на смену затянутому в кожу кордебалету приходил стриптиз, танцевали дома и рядом со сценой, где записанное на аудио являлось живым ликом, гуляли по шумным, заполненным народом в любое время суток, расцвеченным и вспыхивающим огоньками неона набережным приморских городов и бродили по тихим, ещё пустынным пляжам, обласканным в полночный час прохладой слабого ветерка. Удивлению и восторгу Марио не было предела: они обнимались на виду у нескольких тысяч зрителей — и никто не кидал на них косых взглядов; та «Europe», гремевшая в прошлом году мегахитом «Final Countdown», казавшаяся такой недоступной, так вечно недостижимой, солировала на не очень высоких подмостках, оборачивалась вживую, стоящею в каких-нибудь трёх-четырёх метрах от тебя — смотри, слушай, наслаждайся и песней, и голосами, и ухом, и глазом. И разве на этом всё заканчивалось! Сведущий в расположении злачных местечек Джанлука таскал Марио по укромным уголкам, где можно было заказать мальчишек для приват-танцев и просмотреть секс в натуральном выражении, напоказ, выписывал к себе домой парочку симпатичных мордашек для индивидуального просмотра; подогретые оным, они бросались в постель и ласкали друг друга, пока колл-бои удовлетворяли их потребности ниже пояса.
Десятки раз Марио готов был плюнуть на всё, что оставил в Союзе, и навеки поселиться в озере наслаждения, море любви и океане страсти. Его останавливало только то, что в Благин он вернётся вместе с Джанлукой. Воспоминания о Филиппе стёрлись фактически начисто: даже когда он обращался к своему возлюбленному, то не фамильярно хлопал его по плечу, а нежно касался пальцами его груди. В очередной раз за этим прикосновением Марио произнёс:
— Слушай, у меня появилась идея, как пышнее отплатить тебе за великолепное гостеприимство.
— Ну о чём ты говоришь? — Джанлука дымил утренней сигаретой и гладил свободной рукой стройную спину Марио. — Какие расчёты между нами?
Час был полуденный, по их меркам утренний. Наполовину спущенные портьеры воевали с тёплым солнцем, выдерживая осаду его лучей, чтобы они не тревожили слишком ярким светом нежащуюся в постели парочку.
— Построенные на доверии и взаимовыгодные. Проведи ревизию своих финансов и определи, сколько у тебя свободных денег. Мы летим в Союз и открываем в Благине дочернюю фирму при кооперативе моего отца. Занимаемся покупкой, продажей и сдачей в аренду недвижимости. Прибыль пускаем на особо лакомые куски — есть такие приличные многокомнатные квартиры в центре города, дорого ценящиеся, — и вкладываем в строительство. Я тебе говорил, что у нас пока ни один рынок не освоен — мы в самом начале, а с того времени, когда всё это закрутится, до относительной стабилизации цены будут расти, как грибы после дождя. Сейчас всё дёшево, сейчас всё в рублях, но доллары ходят всё свободнее, мы постепенно перейдём от рублей к валюте, её курс постоянно будет идти вверх — вот тебе фактор роста номер один. Во-вторых, десятилетиями действовавшая система распадается, колхозы разваливаются и делятся на паи, а это земельные участки и — опять-таки до поры до времени — почти что бесплатно. В-третьих, у нас много так называемых коммунальных квартир: в своё время приличные апартаменты делились на несколько одно-двухкомнатных. Мы расселяем их жильцов по отдельным изолированным квартирам, делаем прекрасный ремонт в бывшей коммуналке и спокойно ждём, пока цены не поднимутся на нас устраивающий уровень. В-четвёртых, я полгода крутился на стройке и выяснил, что конечная цена построенного дома превышает затраты на него примерно вдвое. Мы просто не могли взять эти сто процентов, потому что первые сто нам обеспечивали заказчики. Если мы вложимся сами, то спокойно их получим. Можем выйти на недвижимость в столице — это вообще золотая жила. На Кавказе намечаются интересные дела. Возможностей много, смысл один: чем больше подомнём под себя на первоначальный капитал, чем больше выдержим паузу, тем больше заработаем. Или эта операция с машинами. Ты будешь со мной — сам посмотришь на месте, как пойдут дела. Можно ездить челноками и гнать товар. Сейчас много подпольных миллионеров на свет божий вылезает — раскупят. Если уговоришь, пусть и синьора Коццоли в дело вложится, а то ты в последние дни мало внимания ей уделяешь. Не везёт в любви — повезёт с умножением состояния. Процентов тридцать-сорок в год мы ей обеспечим — никакой банк, никакая фабрика так не сработают.