Часть X. Глава 2. ЭКИПАЖ РАЗБЕГАЕТСЯ
Возможно, Филипп мог бы пребывать относительно долгое время в более менее спокойном состоянии духа, следя с почти что эстетским почти что наслаждением за лабиринтами, конструируемыми высшим произволом, но… Тарелка супа представляется человеку в тысячу раз важнее, ценнее и желаннее всего собрания сочинений Достоевского, если человек очень голоден; в силу того же преобладания материи над духом великие деяния меркнут и судьбы мира значат очень мало по сравнению с таблеткой пенталгина, когда у человека раскалывается голова. Это произошло и с Филиппом: бытовые неурядицы и финансовые проблемы заставили его забыть духовные изыскания. Дома были нелады: после обнародования горькой истины Надежда Антоновна находилась в смятении чувств; растерянная и потерянная, сразу поблёкшая, она не находила выхода из ситуации, в которую попала вместе с Филиппом, терзалась, смутно сознавая свою вину, а скандал с мужем, чью правоту ей частично, хоть и с большой неохотой, но пришлось признать, только усугубил положение дел. Дрязги продолжались, и Надежде Антоновне теперь практически нечего было противопоставить Александру Дмитриевичу. Лишённая процветания сына, она была обезоружена; о снисходительном отношении, собственном высокомерии, уколах, подколах, равно как и о прекрасных кофточках, не стоило и вспоминать — оставалось только считать деньги от получки до получки и вяло, скорее по привычке, переругиваться с мужем. Лиля уехала в конце апреля, распрощавшись с Филиппом точно таким же поцелуем, каковой предназначался и Марине, и Свете, и Лидии Васильевне. Злобой Филипп пытался заглушить поднимавшуюся в нём глухую тоску, но удавалось это плохо: в нём ещё жила память тела, он ещё помнил подробности жарких свиданий, а резкий разворот Лили от любви к равнодушию не злил его ныне и объяснялся просто: Лиля старалась для его же пользы и так же, как отец, оказалась права. Отсутствие Лили усилило ощущение разлада, вползавшего в настоящее всё глубже и глубже. Деньги, полученные за работу с Марио, вернее, за его любовь к Филиппу, истаяли практически полностью. Не осталось ни любви Марио, ни благополучия в доме, ни ясности в дальнейшем, ни Лили, ни финансов.