— Банья Виньоне? — спросила Ирина.
От изумления он чуть не поперхнулся.
— Откуда ты знаешь?
— У меня было немного свободного времени перед отъездом, и я прочитала о местах, куда мы приехали. Так что экскурсия с милой Аленой нам не нужна. У меня хорошая память, и я могу устроить тебе экскурсию по окрестностям не хуже ее.
— Чем она так тебя задела?
— Пока ничем. Но она из категории женщин, к кому уходят мужья, уставшие от однообразия семейной жизни.
— К таким хозяйственным и домашним?
— Я наблюдала за ней. Она не очень хозяйственная и совсем не домашняя. И ей тут здорово все надоело.
— С чего это ты взяла?
— Если женщине нравится место, где она живет, то она поневоле любуется им и хочет, чтобы и другим это понравилось. При этом она старается показать все с лучшей стороны и спрятать мелкие недостатки. Я пролила немного вина на столик, Алена заметила это, но и не подумала, дать мне салфетку, чтобы убрать пятно. Ей было все равно, что столик может испортиться. И потом ты заметил, как неаккуратно лежали подушки на кроватях? Алена была совсем рядом с этими подушками и не сделала даже малейшей попытки поправить беспорядок. В общем, я думаю, она готова сбежать отсюда при первом удобном случае. Кстати, как ты думаешь, сколько ей лет?
— Ну… тридцать пять… что-то около…
— Ей за сорок. Она просто мало работает, много спит, гуляет и поэтому хорошо выглядит.
— Почему за сорок?
— У нее взрослый сын. Его фотография висела над диваном, где мы пили вино.
Никита с изумлением смотрел на Ирину. Фотографию он видел, но ему и в голову не пришло связать этого симпатичного парня с Аленой.
— Что ты так на меня смотришь? Разрез глаз, форма носа — это ее сын.
— Да я не против, пусть сын, это не наше дело.
— Это мое дело. Я не хочу, чтобы эта девица увела у меня мужа.
— Я тебе еще нужен?
— Да, и я тебе тоже нужна. Ты прекрасно знаешь, что если с тобой что-то случится, то единственный человек, который реально будет тебе помогать, — это я. И я знаю, что если мне вдруг придется лечь в больницу, то ты будешь приходить ко мне чаще, чем наша дочка.
Никита молчал, не зная, что сказать. Ирина допила кофе, съела кусок сыра, встала, поцеловала его и ушла к себе в комнату. Никита взял сигареты и вышел на улицу.
Над холмом поднималась огромная красная луна. У дома ее заслоняли кусты, и он пошел к бассейну, сел в шезлонг и стал любоваться: две луны — одна в небе, другая на поверхности воды. И тут он услышал шелест шагов; сначала далеко, тихо, потом громче — зашуршал гравий на дорожке. Он оглянулся, к нему приближалась Алена. Ночная пижамка, на ногах «кроксы».
— Никита, это вы? Я не спала, услышала шаги у бассейна, подумала, что кто-то чужой.
Ни тени смущения, на лице улыбка.
— Не волнуйтесь, все свои. Я вышел покурить.
Алена хотела сесть в соседний шезлонг, подвинула его, но остановилась, взялась за его спинку, посмотрела на луну.
— Красиво, правда?
Никита согласился, что красиво.
— А вам не кажется, что кипарисы сейчас выглядят зловеще?
Силуэты кипарисов напоминали безобидные пирамидальные тополя. Он не стал спорить и опять согласился.
— Когда мне ночью грустно, я боюсь темных кипарисов, — продолжила Алена, не отпуская спинку шезлонга. — Они тогда похожи на каких-то чудовищ. А когда мне хорошо, то они кажутся солдатами, которые пришли меня охранять.
Она явно не хотела уходить. Никита оглянулся на темные окна дома, там все было спокойно.
— Вам сегодня грустно? — он спросил это из вежливости, ему хотелось быстрее докурить и уйди к себе.
— Какое-то беспокойство, что-то не спится. Это пройдет. А вы знаете, в Пиензе есть «пасседжиата», это тропа вдоль вершины холма. Там все гуляют, оттуда прекрасный вид на долину. Вечером и ранним утром там очень красиво. Особенно, когда туман. Вам с Ирой надо обязательно там побывать.
— Мы побываем, спасибо.
Алена вдохнула, как будто собиралась еще что-то сказать, но промолчала, потом тихо сказала:
— Спокойной вам ночи. Сегодня даже ветра нет. Будете спать спокойно.
Ушла. На повороте тропинки она обернулась и помахала рукой. Он тоже ей помахал. В своей тоненькой пижамке она выглядела такой тоненькой, хрупкой, а в свете луны еще и беззащитной. Никита встал, хотел ее вернуть, но она вдруг исчезла, как и не было ее.
Рассказ Ирины
Ушел курить. Пойти с ним? Нет, устала. Как здесь тихо. И запахи цветов из окна. Какие-то голоса? Или показалось? Вот, вернулся, щелкнул выключателем, читает, наверное. Она читать не будет. И снотворное пить не будет.