Жалость к себе вдруг выползла из глубины души, куда Кира её старательно запихивала по мере надобности. Только Лёля и Дашута с Федей знали её по-настоящему. Им было известно, что на самом деле скрывается за стеной весёлости и беззаботности. Какая она — Снежная королева Кира Виртанен.
Не та стерва, что меняет кавалеров как перчатки. О, да! Это она умела. Всё проще. Ей до острой боли в сердце хочется любви. Не флирта, не приключений на пятую точку. А чтобы в глазах мужчины была любовь. Это же не подделать, не изобразить. Пока не увидит, пока не почувствует то, чего так ждёт, не снизит планку. Что бы там не говорили ей про "часики" и прочую муть.
Дарья тоже думала о своём. Что вот уже двадцать пять лет прошло, как она согласилась за Вашкина замуж выйти. И двоих детей ему родила. Вот только стала накатывать тревога. От чуть изменившихся интонаций, от взгляда иногда равнодушного.
Кризис среднего возраста? Он, проклятый? Седина в голову, бес в ребро? Или надо таки на диету сесть наконец?
Зависть к Лёлиному откровенному счастью тоже была поймана за свой змеиный хвост. Начало отношений — прекрасное время. А дальше? Только бы подругу снова не обидели. Она ведь помнила, что перед первой свадьбой у Склодовской тоже был вполне счастливый вид. А чем кончилось, не дай бог никому.
Глава 32
Кузьмин толкал перед собой тележку супермаркета. Причём заехать туда он предложил сам. Ощущения были странные.
Во-первых, он сто лет не был в больших магазинах. Обычно хватало вылазки в небольшой продуктовый, открытый прямо в его доме. Там был необходимый минимум холостяка. Дома он готовил разве что яичницу, каши и кофе.
Во-вторых, рядом была Лёля. Которой, судя по складке между медными бровями, было как-то не по себе. Она оглядывала стеллажи, присматривалась к ценникам. Будто тоже давненько не посещала подобные заведения.
Ну, и в третьих, Кузьмин при всем этом балдел от того, что они выглядят как самая настоящая семья, решившая сделать покупки.
— Шур, — прервала его мысли Лёля, дергая за рукав, — Ты чему улыбаешься?
Кузьмин оглядел свое рыжее чудо. Заправил ей прядь за ухо.
— Я в таких магазинах не был очень давно. И совсем не представляю, что мы здесь ищем.
— Подожди, но не ты ли говорил, что нам сюда срочно надо?
— Я как-то подумал, что всё нормальные люди вот так вместе приезжают в магазин.
Лёля хихикнула. Морщинка на лбу разгладилась.
— Мы с тобой сейчас такие смешные, Шур. Правда! Давай список что ли придумаем. Что нам надо? Хлеб? Молоко? Крупа? Ты на завтрак что будешь? Кашу или сырники?
— Я тебя буду. И потом кофе, — он сгреб её в объятия.
— Шурка, ты ж вроде серьёзный человек, доктор наук целый, — выговаривала ему Лёля, попутно подставляя губы для поцелуев.
— Вспомнил. Ты любишь, чтобы был план. Лааадно. На завтрак овсянка, тосты, масло, варенье. Чего у нас нет?
— Масла. Остальное есть.
— И варенье?
— Угу. Земляничное. Даша привезла.
— Даша — это которая Дашута?
— Да. Она. И они жаждут с тобой знакомиться.
— Они? Их много? Хорошо. Буду знакомиться, — легко согласился Кузьмин.
Он сейчас перезнакомился бы хоть со всеми её родными. Лишь бы она продолжала вот так по-девичьи улыбаться и позволяла себя целовать.
— Не отвлекай меня. Что дальше? Ты где обедаешь? — Александр сделал строгое лицо. Лёля опять хихикнула.
— В столовой. Если успею.
— Блин, такая же фигня. Значит на обед ничего не берём. Переходим к ужину. Рыба? Мясо? Курица? Овощи?
— Мясо. И овощи, — решительно записала в список Лёля.
— Добавь шоколад, вафли, сгущёнку и печенье.
— Это всё кому?
— Это на работу тебе и мне.
— А если я не влезу в юбку после этого? Разве это полезная еда, доктор?
Рядом с ними притормозила тележку женщина. Делала вид, что разглядывает банки с рыбным консервами, а на самом деле "грела уши". На фразе про доктора сделав два шага в их сторону.
— Давай серьёзно. Про юбку. Мне без юбки нравится больше. И без кофты.
Слушательница явно засмущалась и отодвинулась. Но не ушла.
— На сгущёнку у меня вообще отдельные планы, — продолжал глумиться Кузьмин, поглядывая на тётку боковым зрением.
Лёля не сразу поняла, что тот откровенно хулиганит. Но теперь с трудом сдерживалась, чтобы не захохотать в голос.
— Так вот сгущёнку, если без одежды, использовать куда удобнее. И шоколад. Особенно если растопить, а потом капать им. Так мееедленно.