-Открой глаза, Мира, - насмехается муж. – Тебе не восемнадцать. И даже не тридцать. Сними наконец хотя бы к старости эти свои розовые очки.
К старости? Но… Мне всего сорок семь.
-Это происходит не в первый раз… Да? – вокруг меня розовый взрыв. Осколки невидимого стекла впиваются прямо в сердце.
-И даже не второй! – бросает так быстро, словно это совершенно не важно. - И всё ведь было нормально! Нормально!!! Ты просто не знала – и всё было хорошо! Улавливаешь, в чем проблема? Зачем ты решила вернуться раньше? Я не понимаю! Ну, мы же взрослые адекватные люди! У всех у нас есть телефоны! Неужели нельзя было по-человечески предупредить?
Взрослые и адекватные??? Это точно не про него.
По-человечески?.. Значит, он себя ведет со мной именно так, а я нет?
-Слышал бы ты себя со стороны… - шепчу в ужасе. Затем мой голос набирает силу, чтобы перекричать его. – Ты мне изменяешь, ты водишь в дом шалав, и при всём этом обвиняешь меня! Юра!?? Ты с ума сошел? – спрашиваю на полном серьезе. Разве можно подобное нести в адекватном состоянии? Нет. Он точно болен!
-Я еще раз повторяю: пока ты не знала, всё было нормально. Проблема в том, что ты узнала! Понимаешь?
Железная логика просто! Хочется зааплодировать Юре. Ему нужно было адвокатом идти, а не «купи-продай» заниматься.
-Это бесполезный разговор, - прижимаю ладони к горящим щекам, яростно думая над тем, что же сейчас делать.
Остаться здесь и просто разойтись по разным углам? Не смогу… Противно здесь всё. Кажется грязным. Оскверненным.
-Куда ты собираешься? – Юра с раздражением смотрит на то, как я поднимаю пальто с пола. Знал бы он, чего мне это стоит сейчас.
Одеваюсь и не могу поверить, что передо мной мой муж. Его словно подменили. Или… Или я его не знала?.. Да, порой он был грубоват, но то, что происходит сегодня – это просто необъяснимо. В него словно чужой человек вселился.
-К сыну! Куда же еще? Уж он то точно мне такого сюрприза не устроит.
-Не впутывай Петра сюда! – приходит в ярость муж. - У него и без тебя проблем хватает.
-Мать – это не проблема. Думаю, он не будет против, если я поживу немного у него, - хотя бы переночую. Завтра на свежую голову, если, конечно, удастся уснуть, что-нибудь придумаю. - Тем более Ксюши нет. Она еще не вернулась от родителей, я созванивалась с ней вчера.
-Поживешь ты у него немного. А дальше что? – продолжает вести себя агрессивно. – Вернешься ведь. Так зачем вообще уезжать? Ну, давай, я поживу в гостевой спальне, - говорит последние слова, и уголки его губ дергаются в еле скрываемой усмешке.
Ах, ему смешно? Ну, конечно. Гостевой… В той, где он принимал сегодня свою гостью. А сколько их вообще было? И всех их он таскал сюда? Приезжал, когда я была на работе?
Лучше этого не знать! Это в молодости хочется скандалов и битья посуды. Сейчас же я просто делаю выводы!
-Мир, честно… Не драматизируй, - произносит чуть мягче, полагая, что я раздумываю над тем, чтобы остаться.
Я драматизирую? Я???
-Ты даже не попытался извиниться! – это тоже никак не укладывается в моей голове. Неужели даже на мгновение не почувствовал себя виноватым? Не раскаялся? Не пожалел, что так поступил?
-Ну, извини, - бросает без единой соответствующей эмоции.
Спасибо, дорогой! Умылась прям твоим извинением.
-Не извиню! И не факт, что вообще вернусь сюда! – заявляю, хотя пока вообще не до конца осознаю произошедшее, потому и о будущем говорить сейчас, словно на кофейной гуще гадать.
Я не представляю, что ждет нас впереди.
Но, зная себя, явно ничего хорошего! Я не смогу простить. И даже вид не смогу сделать, что простила.
Развод?
Глава 4.
Глава 4.
Мира
-Не глупи! – муж настойчиво преграждает путь, когда, нервно схватив чемодан, собираюсь выйти из квартиры. Не пропускает, используя свое физическое преимущество. – Можно же спокойно всё решить! Или ты хочешь раструбить о личных недопониманиях всем подряд? Зачем? Давай разберемся с этим всем сами.
-Твоя измена и продажная девка в нашей квартире – это не просто, Юрочка, недопонимание! Это конец! Конец нашей семьи! – хочется разреветься, но стойко держусь. Я ведь думала, до самой смерти… А оно вот как получается!
-Мира, возьми себя в руки! – требует невозможного. Причем с таким возмущением, что хочется залепить ему пощечину.
-Уйди с дороги! – если Юра думает, что уступлю и, наплевав на свои чувства, останусь здесь, он очень глубоко ошибается. – Ты мог бы тоже взять себя в руки! Причем в самом прямом смысле этого слова. Подрочить, - выплевываю слово, которое вслух никогда не произносила, наверное. – Но ты же этого не сделал?.. Почему я должна брать себя в руки и выполнять твои прихоти?