Выбрать главу

- Таисия, я же всё тебе объяснил.

- Тимофей, я не желаю более ничего слышать. Я остаюсь в этом доме. Половина дома принадлежит мне. Завтра же я подаю на развод. Имущество будет поделено поровну. Я не позволю себя обокрасть. С этих пор,Тим, я тебе жена лишь на бумаге. Не считаю более тебя своим мужем. Наслаждайся свободой, Тимофей. И да, твоя девка может жить в нашей спальне. Я перееду на первый этаж. Надеюсь не видеть ни тебя, ни Милену в трёх комнат и в ванной первого этажа. Это теперь моя территория. А на втором…

- Ты с ума сошла? Я не собираюсь жить с новой женщиной на одной территории со старой! - рявкнул.

Слово “старая” в его исполнении прозвучало как-то двояко. Словно с намёком на мой возраст. Но обидеть себя не позволю. Мне не двадцать лет. И не собираюсь впадать в истерику от каждого болезненного слова, так умело брошенного в меня мужчиной, которого я любила ещё вчера, а сегодня уже ненавижу.

- Не живи, Тим. Съезжай. Сам съезжай. Не я. Это ведь тебя не устраивает жить здесь. Кого не устраивает, Тимофей, того и тапки.

- Тая, ты действительно чего-то не понимаешь? Или позлить меня решила? Милена беременная. Не смей на ней срываться.

- Мне плевать на тебя и твою Милену. Даю вам обоим своё благословение, - сказала с иронией, пытаясь скрыть, душевную боль, - и больше не смей копаться в моих вещах без разрешения. А сейчас я пойду в свою новую комнату.

- Тая! - зашипел, явно бесясь, что всё пошло не по плану. Тим совсем не рассчитывал на то, что жена и любовница окажутся под одной крышей.

- Отвали от меня, - бросила в него раздраженно, - не смей меня больше беспокоить. Если продолжишь, я вызову полицейских.

- Хорошо. Тая, но ты подумай над моими словами. Понимаю, ты сейчас очень огорчена. Но приведёшь мысли в порядок, успокоишься, смиришься с ситуацией и сразу поймёшь, что я прав.

Я же больше не стала его слушать. Вижу, Тим и правда верит, что я уйду из дома. Только никуда я не уйду. Не на условиях предателя. Этот дом покину лишь на собственных условиях.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

.

Возвращаюсь в одну из гостевых комнат. Теперь эта комната моя. Здесь уютно. В этом доме каждый уголок родной и обставлен со вкусом. Я лично этим занималась. И не хочу отдавать другой всё то, что я строила годами.

Обхватив голову руками, задумалась. Я доверяла мужу. В банке у нас лежит крупная сумма денег. И счёт оформлен на мужа. И что теперь предпримет Тимофей?

Там денег столько, что хватит на покупку трёшки. Мы с ним откладывали наши кровные годами. Хотели сделать подарок дочке. Но теперь, видя похотливо-безумный взгляд Тима, я понимаю, что бес в рёбрах ему все мозги в башке поотбивал. Он даже на дочь не посмотрит. Всё на любовницу спустит и на тех детей, которых эта Милена будет рожать.

Закрывшись в комнате, сразу же достаю телефон и набираю номер Риты. Рита - моя подруга. Несмотря на то, что Рите всего двадцать семь, она отличный юрист. Владелица нотариальной конторы. Мы с ней знакомы уже около семи лет. Я помню её ещё студенткой. Я лечила её маму, так и сдружились. И сейчас помощь Риты придётся весьма кстати.

= 8 =

Я набрала номер Риты раз пять подряд. Подруга не отвечала. Если они с мужем уехали в загородный дом, то раньше понедельника я её не увижу.

А завтра только пятница. Попробую дозвониться Рите завтра утром. Она должна ответить.

Убрав телефон в сторону, пытаюсь не думать о том кошмаре, в котором оказалась. Не понимаю мужа. Вот совсем. Если я ему надоела, если он разлюбил жену, так сказал бы мне об этом прямо, открыто.

Пусть его слова причинили бы боль, но это было бы честно. Он же предпочёл лгать.

Неужели я не заслужила нормального человеческого отношения после двадцати с лишним лет совместной жизни?

Тимофей должен был сказать, что уходит от меня. Но он предпочел завести женщину на стороне. Приходил ко мне после неё и пользовался благами нашего семейного очага.

Удобно устроился. Здесь нечего сказать. Бессовестный. Думал лишь о себе и собственной выгоде. А меня лишь использовал.

А теперь и из дома меня выгнать хотел. Наглость и хамство мужа просто добили, ранили так глубоко, как никто и ничто бы не смогло.