Развод без особых причин
Людмила Лыновская
Развод без особых причин
Олеся быстро застегнула пальто, повесила на плечо сумку, глянула на себя в зеркало и, схватив с полки ключи, направилась к входной двери. Из телефона зазвучал вальс Доги из кинофильма «Мой ласковый и нежный зверь». «Муж! – вздрогнула Олеся. - Боже мой, только бы опять не сорвалось!»
- Слушаю тебя, Максим!
- Леся, в общем, ничего не получается. Начальник с утра позвонил, попросил в автоколонну заехать.
- Тогда давай после обеда, - заволновалась Олеся. - В ЗАГСе обед с часу до двух. Можешь после обеда подъехать? Только не говори – нет. Из-за тебя уже два раза откладывали.
Олеся пыталась быть спокойной, но рука с телефоном ходила ходуном.
- Я же не специально, - раздраженно сказал Макс. – Куда ты так спешишь? Замуж что ли собралась?
Олеся поняла, что муж подтрунивает над ней, впрочем, как обычно, обесценивая все, что она говорит и делает.
— Это теперь не твое дело. Не понимаю, зачем тянуть. Ты же говорил, что тебе все «по барабану», что ты согласен на развод. А я не хочу, чтобы эта проблема висела в воздухе и не давала мне дальше двигаться по жизни.
- Какие мы крутые! «Двигаться по жизни!» - снова усмехнулся Максим. - Ты теперь у нас такая вся стремительная, деловая, осознанная! Или, как там у вас еще говориться у самодостаточных женщин?
— Это тебя не касается. Если ты думаешь, что я поведусь на твои подколки, начну с тобой пикироваться и снова выйду на эмоции – ты ошибаешься.
Олеся заходила по комнате с телефоном в руках, стараясь унять волнение. Но дыхание сбивалось, и она злилась на себя, что не может быть безразличной, как Макс.
-- Максим, от тебя всего лишь требуется заскочить в ЗАГС и написать заявление о разводе. Прими это, как должное, как дело, которое нужно сделать, чтобы не морочить голову ни себе, ни мне.
— Значит, иск о разделе имущества ты не будешь подавать?
- Пока нет. Успеем позже с этим разобраться. Сначала давай покончим с разводом.
- Ладно, позвоню позже, как освобожусь.
Олеся обессиленно опустилась на пуфик в прихожей. «Так я и знала, - думала она. – Будет тянуть и нервы мотать. У него, видите ли, срочные дела! А то, что я с работы отпросилась, чтобы успеть в ЗАГС к десяти, как вчера договорились, это ничего не значит! Что теперь делать? На работу пойти и там ждать звонка от него? А если он вообще не позвонит? И такое может быть. А в другой день меня могут и не отпустить. Не могу же я каждый день с работы отпрашиваться».
Олеся встала, в задумчивости сняла пальто, повесила в шкаф. Ее взгляд рассеяно покружил по комнате и наткнулся на свадебную фотографию, висевшую на стене. Забыв снять сапоги, подошла ближе и стала вглядываться в глаза Максима. Он стоял молодой и красивый, по-хозяйски обняв рукой Олесю за талию. Она сама в роскошном белом платье и длинной фате улыбалась, слегка склонив голову к плечу молодого супруга.
«Интересно, - думала Олеся, - почему же я не могла сразу определить, что за человек Максим? Сейчас мне кажется все так очевидно. А раньше? Где были мои глаза? Как же я могла дойти до такой жизни, что полностью потеряла себя?»
Олеся прилегла на диван, свернувшись калачиком и подложив ладонь под щеку.
«Зачем я снова перебираю нашу жизнь? Развод и развод. Большое дело? Придем в ЗАГС, напишем заявление и разойдемся. Через месяц приду за свидетельством, и мне поставят штамп в паспорте, что я свободна. Свободна! Вот чего я хочу, можно сказать жажду, освободиться от Максима, от его постоянных насмешек и замечаний, критики меня, моих поступков, слов… Неужели это возможно? Зачем я сейчас думаю об этом? Ведь уже сто раз все думано-передумано. Может все-таки пойти на работу? А если он позвонит? Заведующая второй раз не отпустит. Скажет: «Бегаешь туда-сюда. Или работай или бери отпуск за свой счет»
Олеся почувствовала, что у нее затекла рука. Она села и спустила ноги на пол. Обнаружила, что в сапогах, стащила один сапог, потом другой, прошлепала в колготках в коридор, нагнулась и убрала сапоги в обувной ящик. Выпрямилась и посмотрела на себя в зеркало: «Сорокапятилетняя женщина, - подумала Олеся, разглядывая свое лицо. – Еще не старая, но уже не молодая». Женщина из зеркала, вопросительно смотрела на Олесю:
- Что будешь делать? – как будто спрашивала она. – Стареть и чахнуть или поборешься еще за себя?