Нет! Вы это слышали? Он будет заботиться.
За спорами чуть не пропустили бой курантов. Светка была тревожной и взведенной. Праздничный ужин был быстро свернут. Но полную компенсацию они себе устроили в том самом «взрослом фильме», который сами же и сыграли. Оказалось, что секс-марафон лечит головную боль, плохое настроение, подозрительность, тревожность и невесть сколько недомоганий. Светкино тело мягкое и теплое, словно плавится в руках.
Она вздыхала и вздрагивала, она обнимала и скользила руками. Светка запрокидывала голову, Светка глубоко дышала. Ее ресницы дрожали. Она ничего не говорила. Светка получала удовольствие. Не жеманство, болтовня и манипуляция. Настоящее, не показное, искреннее. Игорь счастливо обнял, поправил на засыпающей Светке одеяло, посмотрел довольно на ее улыбку.
Он завел правило перед сном проверить, хорошо ли укрыта Светка, открыть окно, поставить Светкины тапочки прямо рядом с батареей и только потом провалиться в сон.
Проснулись не утром, а ближе к обеду.
— Идем гулять, Светка! У нас сегодня каток, ресторанчик и…
— Ого! Мы справимся по деньгам?
— Обижаешь! Я же готовился. Вчера перенервничали, а между тем у меня еще подарок. Но это до вечера.
— Ой! Так у меня тоже подарок. Сейчас постой!
Игорь Светке не дал бежать по комнате босиком – подал тапочки. У Светки от этого жеста щемит сердце. А он подал и прямо так с явным удовольствием на ноги надел. Светка краснеет – вспомнила, как несколько часов назад обнимала его шею ногами.
— Игорь, постой, смотри. — Светка вынула из шкафа тот самый кашемировый брендовый свитер. — Я очень хочу, чтобы у тебя была вот такая высококачественная вещица.
Светка сделала подарок со значением — мы непременно перейдем на статусный уровень. Подарок Игоря был не менее значимым...
Глава 18.
Светка праздновала с некоторой осторожностью. Осторожностью в отношении денег. Сколько стоит аренда коньков? Не дешевле ли купить чашку шоколада в менее пафосном кафе? Зачем нам ресторанчик? Между тем ресторанчик был необходим.
От этой осторожности, точнее прижимистости, ей самой становилось крайне неуютно. Жадная, жадная юность! Если тебя не накормить, то тащишь ты, жадная и голодная, в последующие годы всё, что так хотелось и не моглось.
Маленький ресторанчик встретил гостей тишиной – был он полупустым. Игорь был рад, что Светка выглядит довольной, что она улыбается. Ему было даже приятно, что она подсчитывает деньги и проявляет рачительность. Хотя дома мать находилась в безостановочном процессе заламывания рук, Игорь точно знал, что Светка – сокровище.
Он совсем не волновался, когда произнес:
— Света, свадьба летом. И «ни которых».
Он достал из кармана бархатную коробочку, открыл. Взял Светкину ладонь, лежащую на столе. Кольцо точно по размеру скользнуло по пальцу. Игорь надел кольцо на правую руку – там ему и место. На широком ободке кольца закреплен камень, отливающий радужной искрой.
Камень выбран не случайно, Игорь помнил, как Светка-подросток восхищалась именно благородным опалом. Она тогда в шутку сказала, что женихи всегда дарят невестам бриллианты – холодные, как лёд. А вот опал – сама жизнь. На Светку это произвело впечатление. Её совсем не романтичный мужчина. Он помнил!
Светка посмотрела на камень, слегка пошевелила ладонью – искры рассыпались под искусственной подсветкой.
— Игорь, — Светка выдохнула его имя. — Хороший мой! Какая красота! Какой молодец! Как необычно!
— Понятно, кольцо подошло! Вот и хорошо! Значит, назад не будешь отдавать! — Игорь улыбается.
— Игорь, ну зачем тратиться?!
— Да как же можно не тратиться? Не думай ни о чем.
Не думай! Да она только и думает о том, что не вечно она будет на всем экономящей студенткой!
Каникулы пролетали со скоростью немыслимой. Игорь и Светка большую часть проводили в квартире, совершая совсем непродолжительные прогулки. В большом городе всегда есть куда пойти, но им хорошо быть вместе и бесконечно разговаривать, планировать, устраивать страстные вечера. Они бросились в экспериментирование со всем, что когда-то видели, слышали, придумали. Игоря удивляли Светкины крайности: она то выдвигала инициативы, о которых Игорь не рисковал заикнуться; она отвергала наотрез его или свои же выдумки.