— Да сейчас прямо, — снова хмыкнул Демид. Какой же он самоуверенный, гад! Так бы и съездила по роже ему, кулаком желательно! Как же он бесит меня даже спустя шесть лет… Козёл бородатый. Наглый индюк! Он ведь уверен, что ничего я ему не сделаю, что ничего против не смогу. — За кого же ты выходишь? За слесаря?
Я — может, и не смогу, а вот Вадим… Швец очень даже может намылить шею моему бывшему. И сделает это с особенным энтузиазмом, если я перед встречей с Демидом как следует разозлю Вадима рассказами об издевательствах надо мной и измене со стороны Ремизова.
Вот тогда тебе, бывший дорогой, мало не покажется — по полной хапнешь!
Это тебе не с девушкой тягаться. Посмотрим, как тогда ты останешься столь самоуверенным и наглым! Лишь бы в штанишки не написал от страха при встрече со Швецом!
— За кого слесаря? — рассмеялась я. — Ты меня за кого держишь, Ремизов? У меня всегда были только самые лучшие мужчины.
Он сосредоточил на мне внимательный взгляд карих глаз.
— Кроме тебя, конечно, — добавила я. — Ты — подкачал, но другие… Вадим — не слесарь. Он — предприниматель. Да ты знаешь ведь его.
Демид сузил глаза. Мой кирпич, брошенный в него, ему не понравился. Он-то считал себя неотразимым и незабываемым… Впрочем, так оно и есть — он самый незабываемый гад в моей жизни, тот, кто моё сердце молотком расколошматил на мелкие куски без сожаления, но Ремизову об этом знать не нужно. Всё в прошлом, пусть там и остаётся.
— Ну и? — поднял брови Демид. — Хватит держать интригу уже. Говори, кто это несчастный, кого угораздило в тебя, истеричку, вляпаться?
— Это с тобой я истеричкой была, — пнула я его. — А с Вадиком — само спокойствие. Потому что с ним у меня нет ни проблем, ни поводов к беспокойству. Знаешь такой анекдот старый? От любви твоей загадочной я стала дёрганой и припадочной.
— Давай поэзию великих умов мы оставим на другой раз, — одёрнул он меня. — Что это за Вадим? Какая сфера?
— Швец.
Ремизов уставился на меня. Его лицо даже как-то перекосило.
— Кто?
— Вадим Швец. Твой заклятый бывший друг. И мой будущий муж. Помнишь, как я ему нравилась? Он до сих пор не смог меня забыть… Представляешь, как романтично?
Когда-то давно Вадим и Демид были друзьями. Пока Вадим не умудрился влюбиться в жену лучшего друга… Ну а теперь я, похоже, всё же исполню то, о чём Швец мечтал уже много лет, и из-за чего закадычные друзья перестали общаться — стану его женой.
У меня появилось ощущение, что Ремизов напрягся ещё сильнее, и сейчас просто разнесёт добрую половину ресторана…
9.
— И когда же ты с ним подружиться успела, а, Ликуся? — спросил он с очередной, особенно мерзкой ухмылкой.
— А вот, успела. Но тебе какая разница, собственно? — подняла я брови.
И чего его так волнует, куда я там собралась? Я уже давно в его прошлом, и обратно не планировала оттуда возвращаться. До сих пор бесит Демида влюблённость в меня его бывшего лучшего друга, которая переросла в любовь, такую, что Вадим захотел видеть меня своей женой и боролся за меня. В том числе, со мной же…
Интересно, почему? Разве не должно всё это было остыть спустя столько лет?
Я же не ревную его к кошёлкам, что крутятся теперь подле него, и не пытаюсь даже узнать, с кем сейчас он, женат ли, есть ли дети…
Мне просто неинтересно.
Ремизов тот, о ком я не знала ничего в последние годы, и ещё столько же бы счастливо не знала, пока он не ворвался словно бешеный Микки-Маус снова в мою жизнь и не грозился её развалить. Развалить то, что я с таким трудом собирала после его грязного и подлого предательства. Развалить то, что я собирала обратно по его же вине.
Совести у него нет совсем.
И не было. Но сейчас он явно окозлился ещё серьёзнее.
Тот ещё перец стал — чили, не меньше.
Но и я не лыком шита.
Посмотрим ещё, кто — кого.
Да, пусть я сама против него мало что могу, но у меня есть руки Вадима.
— Да вот думаю: не спала ли ты за с ним за моей спиной?
Я прикрыла глаза на несколько секунд. Материться хотелось жутко.
Что он себе позволяет? Почему думает, что может вытирать об меня ноги?
Свои волосатые — в мою прекрасную душу?
Ну нет уж.
— За кого ты принимаешь меня, Ремизов? Шлялся в семье у нас ты. Не я.
Демид лишь предупреждающе сверкнул карими глазами.
Да стреляй, стреляй. Талантом Медузы Горгоны ты не обладаешь, слава богу. А потому — да хоть углядись.
Чтобы его добить и завершить уже этот далеко не прекрасный вечер, демонстративно вынула телефон из сумочки и набрала номер Вадима Швеца, чего, на самом деле, уже давно не делала. Мужчина явно удивился и звонка не ждал.