Я распахиваю рот от услышанного. Он это серьезно?
– Поверить не могу, что у тебя хватает наглости подозревать меня в измене!
До этого момента я находилась в какой-то прострации, накрывшись куполом и предпочитая глушить все эмоции в себе. Но слова мужа только что проломили возведенную мною стену и я просто не могу справиться с нахлынувшими на меня эмоциями.
Собравшись с последними силами, я толкаю мужа в грудь. От неожиданности он отшатывается назад и падает спиной на дверь машины. Но выражения его лица я не вижу, потому что перед глазами – пелена слез.
– Ты только что трахал мою сестру, Филипп! Как ты смеешь ревновать меня к своему другу! Ты не имеешь никакого права выворачивать ситуацию так, что это я во всем виновата! Ты… ты… просто скотина!
– Он давно хотел нагадить мне, – он выпрямляется и поправляет воротник пальто. Меня начинает трясти от его бесстрастного тона. Аж кончики пальцев покалывают. – И если по работе у меня не было никаких прорех, то тут я облажался. Прости, Насть, я не хотел, чтобы ты узнала об этом вот так.
Слезы катятся по моим холодным щекам, а я не успеваю ловить их пальцами. Меня сотрясает истерика, но я стараюсь держать себя в руках.
– Прости? Что мне делать с твоими извинениями? Они мне не нужны!
– Все равно прости, – он засовывает руки в передние карманы джинсов. – Но ты же понимаешь, что в случившемся есть и твоя вина?
Я распахнула рот, чтобы хлестко ответить, но слова продолжали висеть на языке. Может, достаточно на сегодня потрясений?
– Что, прости? – прохрипела я, пытаясь вернуть себе твердую почву под ногами. – Я виновата в твоей измене?
– Мы утонули в проблемах, но ты, Настя, отказывалась их замечать.
– Какие еще проблемы?
Филипп хмыкает и мне хочется ударить его по наглой физиономии.
– Вот видишь. Ты считаешь, что у нас не было никаких проблем… – он наклоняется, чтобы заглянуть мне в лицо. – Посмотри на себя, Настя… Ты превратилась в оболочку самой себя. Вечно грустная, поникшая, увядшая. Ты ничего не хочешь, тебе ничего не интересно, ты потеряла вкус жизни. Вечно сидишь дома, читаешь свои тупые книги и наматываешь круги вокруг дома по вечерам. Я влюбился в яркую, веселую и жизнерадостную девушку. Знаешь, как задрало видеть возле себя не женщину, а нахлебницу?
Последнее слово хлестнуло меня, словно пощечина. Сердце безжалостно сжалось, а горло свело спазмом.
– Филипп… У меня было два выкидыша… – прошептала я, пытаясь достучаться до рациональной части мужа. – Неужели ты не понимаешь, какой стресс испытывает женщина? Депрессия – это не то состояние, которое можно выключить по щелчку. Я вставала с постели против воли и провожала тебя на работу, я готовила и стирала для тебя, мы даже занимались сексом, несмотря на то, что врач советовал воздержаться после моей последней госпитализации! Я пыталась! Так сильно пыталась вернуться в привычный ритм жизни, и когда у меня это начало получаться… Ты все разрушил своим предательством.
Глава 4
Мне становиться так обидно, что чувство полной безысходности миллиметр за миллиметр поглошает все мое существо. Обидно от равнодушия самого близкого человека, от обвинений в том, что я сама подтолкнула мужа в объятия другой женщины, от того, что пока я оплакивала наши потери, он развлекался с моей сестрой.
– Значит, недостаточно пыталась, Насть, – заткнул он меня. – Выкидыш – не приговор, и ты тупо не можешь признать, что слишком сильно утонула в своем горе.
Господи… Я смотрю на лицо горячо любимого супруга, и совсем его не узнаю. Словно передо мной стоит совершенно чужой человек, способный одними только словами так сильно ранить то, что осталось от моего сердца.
– Достаточно на сегодня обвинений, – я втянула шею, сильнее кутаясь в теплый шарф. На улице зябко и влажно, но я совсем ничего не чувствую, кроме удушающей боли в груди. – Я знаю единственный выход из этой ситуации... Развод.
И дальше произошло то, что окончательно перекрыло мне доступ к кислороду. Филипп рассмеялся. Всерьез рассмеялся.
– Развод? – хмыкнул он после окончания хохота. – Никакого развода, Настя!
– Я выслушала твои доводы и аргументы. По-твоему мнению, я единственная, кто виноват в нашем разрушенном браке. Ты видишь другой исход данной ситуации? Я нет.
Не торопясь с ответом, Фил потянулся к заднему карману пальто, вытащил пачку и выбил из нее сигарету.