– Насть, ты серьезно думаешь, что с Алисой нас связывает теплые чувства? Мы просто трахаемся. Оба просто проводим время вместе. Ее устраивает быстрый трах, меня – тоже. Так что не кричи о разводе. Никакого развода не будет.
Теперь смеюсь я. Только удается мне это с трудом, и мой смех больше похож на хрипение.
– Будем жить втроем? Ты, я и Алиса? Что за бред ты несешь? Какая мерзость…
Удручает не сам факт измены мужа, а то, что он не видит в этом проблемы. Словно каждый второй семьянин потрахивает по вечерам молодых любовниц.
– Проглотишь, глаза закроешь и переживешь. С кем не бывает, оступился. Бес попутал, – Фил затягивается никотином и выпускает в сторону серое облако дыма. Говорит вполне серьезно, в глазах – ни намека на шутку. – Думаешь ты единственная, кто измены глотает? Таких много. Переживешь, ничего катастрофического не произошло.
Я действую до того, как успеваю все хорошенько обдумать. Замахиваюсь и даю мужу смачную пощечину. Его лицо по инерции дергается в сторону, глаза расширяются, а на скулах напрягаются желваки.
Я разозлила его, и вряд ли смогу справиться с последствиями своих необдуманных действий. Филипп выбрасывает на тротуар окурок и тушит его ботинком. В одно мгновение я инстинктивно делаю шаг назад, в другое – Фил больно хватает меня за предплечье и впечатывает в себя.
– Думаешь, я в ноги тебе брошусь и умолять стану, чтобы ты не уходила? Да кому ты нужна такая босячка? Все мое имущество куплено до брака, так что после развода ты ни хрена не получишь. Детей у нас нет, алиментов тебе не видать. Куда ты вернешься? К матери в убогую однушку? Думаешь, твоя гордость тебя прокормит? Ни хрена! Ты ведь без меня никто, Настя! Так что в себя приди, дорогая!
Заломив мне руки, Фил распахивает дверь машины и силой запихивает меня в салон.
Глава 5
Истерить и выходить из машины на ходу я не видела смысла. Поэтому по дороге домой я отвернулась к окну и невидящим взглядом рассматривала пролетающие мимо пейзажи. Время от времени ловила на себе внимательные взгляды мужа, но демонстративно игнорировала их.
В лифте мы встретили наших соседей с седьмого этажа. Улыбнувшись им, мне пришлось сделать шаг назад и придвинуться ближе к телу Филиппа. В нос проник аромат его лосьона после бритья. Мой желудок вновь начал бунтовать, то ли от отвращения, то ли от запаха родного человека.
Находясь в этой узкой кабине лифта, мы играли счастливую семейную пару, но наши соседи даже не догадывались, что в этот момент я умирала внутри.
Оказавшись в пределах квартиры, я практически вбежала в спальню, желая отгородиться от присутствия мужа и вдоволь выплакать свое горе.
Так и было. Накрывшись одеялом с головой, я дала волю слезам, глуша истерику подушкой. Филипп знал, что я предаюсь жалости к себе и не трогал меня весь вечер.
Заснула ближе к утру с простреливающей головной болью и ломотой во всем теле. Во сне я слышала глухие приближающиеся шаги, и следом мое тело обдало теплом, но прошлый вечер слишком измотал мой организм, так что для того, чтобы открыть глаза – у меня совсем не было ресурсов.
Меня разбудили яркие лучи солнца. Проснувшись в восемь утра, сначала я подумала, что измена мужа мне лишь приснилась. Я наивно надеялась, это был один большой ужасающий сон. Однако взглянув в свое отражение и заметив опухшие от слез веки, я убедилась в реальности предательства Филиппа.
Ночью он приходил в нашу спальню и накрыл меня пледом. Удивительная забота для человека, который сначала трахнул мою сестру, а потом заставил проглотить измену.
Долго не думая, я тотчас достала из шкафа чемодан и кинула его на кровать. Когда-то мы покупали его для счастливого отдыха в Доминикане, а сейчас я собираю в него свои вещи и ухожу от мужа.
Мои сборы прерывает приступ тошноты. Спохватившись, я бегу в ванную комнату, прикрывая ладонью рот. Мой желудок выворачивает наизнанку и меня рвет желчью, учитывая, что со вчерашнего обеда я ничего не ела.
Возвращаюсь в спальню и замечаю вибрирующие телефон. Сообщение от Филиппа:
“Срочные дела на работе. Никуда не уходи. Приеду вечером и продолжим разговор”.
А между совещаниями он будет трахать Алису. Теперь я знаю все его “рабочие” дела.
Чемодан я собираю быстро. Беру вещи на первое время и документы. Понимаю, что трусливо сбегаю от своих проблем. С Филиппом мы не пришли к рациональному выводу, но моя рана еще слишком свежая, чтобы я оставалась в квартире, в которой все напоминает о нем.