И эта гадина говорила таким уверенным тоном, пока подкрашивала губы. Будто всё уже было решено. Меня можешь оскорблять, сколько хочешь, но хоть пальцем тронь мою малютку…
- Тварь,- пелена гнева застилала мне глаза, и я уже не ведала, что творю,- какая же ты тварь…
Естественно, она услышала. И уже шла к шкафу. Я уже сама пожалела, что он заперт на ключ. Потому что распахнула бы дверцы и вцепилась ей в самодовольную рожу.
– Знакомься, дорогая, это моя дочь Карина, – заявляет муж, указывая на девушку лет семнадцати на вид.
– Какая еще дочь? Ром, ты с ума сошел? – растерянно спрашиваю я. – У нас же только двое сыновей...
– У него другая семья есть, – хмыкает Карина, зыркая на меня густо подведенными глазами, – у меня еще братик и сестричка есть. А вы не знали, тетенька? Или как мне вас называть? Вторая мама?
Сердце застывает в груди и камнем обрывается вниз.
– Ты... то есть ты... – хватаю воздух губами.
– Да-да, изменял, – отмахивается муж, как от назойливой мухи. – Не разводи драму. Лучше приготовь комнату для Карины. Она поступает в МГУ через год и будет жить у нас, готовиться к поступлению.
Перед двадцатой годовщиной брака я узнала, что все это время у мужа на стороне была другая семья. А потом оказалось, что все это время наши сыновья знали об этом и не считают предательство отца чем-то значимым...
Я попала...
- Это что за хрень?! - начальница в полном шоке.
Я понимаю, что конкретно попала. Гнев отходит на второй план, и вместо него приходит осознание, что я натворила непоправимую вещь. Отмотать время хотя бы на минутку назад…Ну пожалуйста…Умоляю…Быстро прячу телефон в сумку. Она не должна знать, что я их записывала. Затихаю. Я в панике. Не знаю, что мне делать. То ли продолжить обзываться на эту стерву, то ли притвориться, что все это - галлюцинации и продукт ее воображения. Что это совесть говорила с ней в подсознании.
- Кто здесь?! - дергает за ручку. Раз, два, три. Такая силища…Я почти поверила, что эта женщина сможет выломать дверцу. Но она не поддается,- что происходит?! - в бешенстве ревет Наталья.
Подумать только, что прямо сейчас творится у нее в голове…Осознание, что кто-то не просто спалил их интимную связь с подчиненным, но еще и подслушал все самые грязные подробности. И более того - даже осмелился критиковать это вслух! Нет, мегера не могла все это просто так оставить. Она обязана была посмотреть в лицо этому слабоумному смельчаку.
Злобный стук каблуков по полу. Была, конечно, надежда, что она бросила это дело и побежала выполнять свои обязанности. Шкаф заклинило, “тварь” померещилась, надо убираться подальше от этого проклятого места.
- Пожалуйста, пусть это пройдет мимо меня…Да что же это такое…- я была в отчаянии. Так тупо спалиться.
Я представляла себя железной леди. Хитроумной, саркастичной и выносливой. А оказалось, что пошла на поводу у эмоций как и все остальные. На муже я еще держалась. С ним все понятно. Урод. Но эта крыса посягнула на святое. На мою родную ненаглядную доченьку…
- Наталья Викторовна, это просто стены тонкие…- еще из коридора я услышала жалостливый голос Оксаны. Значит, спонсорша пошла за подмогой и возвращалась обратно,- никто в здравом уме бы вас так не назвал. Это в соседнем кабинете люди поругались между собой, а до вас донесся обрывок фразы…
Миленькая моя маленькая девочка. Несмотря на то, что она ужасно боялась кары, все равно пыталась защитить меня и отвести беду. Семинила за начальницей своими маленькими ножками и отговаривала, как могла.
- Тут за две комнаты вправо и влево никого нет! Или хочешь сказать, что акустика настолько замечательная?! Что же мы первый этаж тогда не сдаем в аренду оперным певцам? Пусть практикуются.
Оксана хотела что-то еще ей возразить, но Наталья рявкнула: “Я всем владею в этой чертовой фирме! Если хочу осмотреть старый шкаф, значит, так и будет. Я имею право залезть в любой комод, ящик, перевернуть все вверх дном! Вы не можете ничего от меня скрывать, поганцы!”.
Вот они уже на месте. Секретарша предпринимает последнюю попытку: “Наталья Александровна, вряд ли он вообще откроется. Этот ключ заржавел…Им сто лет никто не пользовался…”