— Заявление на развод подписать, — спокойно отвечает Женя.
— Ух ты! — восклицает она с натянутой радостью. — Классная новость! Может, отпразднуем? Я могу заказать что-нибудь вкусненькое… или поедем куда-нибудь?
— Не уверен, что хочу, — тихо говорит он. — Не сегодня.
— Женечка, ты молодец. Не расстраивайся. Зачем держаться за эту бесплодную бесполезную бабу? Хочешь, я рожу тебе малыша? Я правда готова. Знаешь, раньше думала, что до тридцати пяти и не посмотрю в сторону декрета. Но ты такой... — она мечтательно охает.
— Кристин, давай пока отложим этот вопрос.
— Конечно, как захочешь. Ты только скажи, а я подстроюсь. Ты у меня самый лучший, люблю тебя.
Из кабинета слышны звуки поцелуев и то, как преувеличенно громко постанывает эта коза драная. Ни у одного из них совести нет. Женя в уши мне заливает, как раскаивается, как жалеет, что всё так вышло — а сам? Стоило мне выйти за дверь, как он уже развлекается с секретаршей в своём кабинете. Тьфу, господи. Даже представлять тошно, как это выглядит.
Да и аудиальное сопровождение звучит максимально отвратно: смачные чмоки, приглушённые смешки, как будто сцена из дешёвого сериала.
Я больше не хочу стоять у этой двери. Пусть развлекается, сколько влезет.
20 Саша
Как только выдаётся свободное время, я еду в ЗАГС.
Снаружи всё как обычно: блеклые стены, облупившаяся табличка, парочка людей у входа. Но внутри — пусто. На первом этаже ни души. Двери закрыты, коридоры будто вымерли. Я поднимаюсь по лестнице, пробую открыть одну из дверей — заперто. Вторую — открываю и захожу внутрь, в длинный коридор с множеством дверей.
— Девушка! — резко окликает меня чей-то строгий голос. — Вам сюда нельзя! Это служебное помещение! Ждите внизу у кабинета регистрации!
Я вздрагиваю, извиняюсь и разворачиваюсь. Как будто я нарочно влезла. Снова вниз по лестнице, и вот — наконец — нахожу нужный зал, а рядом окошко. За стеклом сидит женщина с причёской, как у библиотекарши из советского фильма, и таким же выражением лица — будто я отвлекаю её от чего-то очень важного.
— Здравствуйте. Я хотела бы подать заявление на развод.
— Одно лицо? — уточняет она с таким тоном, будто я уже нарушила закон.
— Да. По обоюдному согласию, с нотариально заверенным заявлением от второго супруга.
Я протягиваю документы. Она берёт их, мельком пробегает глазами и с преувеличенным вздохом начинает листать страницы. Находит, к чему придраться:
— Здесь запятая в неположенном месте. И подпись — как-то... странно расположена.
Я терпеливо улыбаюсь:
— Это нотариус оформлял, всё по закону.
— Ну-ну. Ладно, оставим. Но вообще, лучше бы приходили вместе. Так проще.
Я киваю, но внутри всё кипит. Почему я должна ещё и оправдываться за то, что хочу быть свободной? Почему мне тут будто бы делают одолжение? Интересно, они специально себя накручивают перед рабочим днём, чтобы, не дай бог, не ответить вежливо?
Когда, наконец, бумажная волокита заканчивается, и я выхожу на улицу с чувством, будто сбросила мешок кирпичей, телефон держу в руке. Пальцы немного дрожат, но я всё равно набираю номер Жени.
— Алло? — он отвечает быстро, как будто ждал.
— Я подала заявление, — говорю максимально спокойно.
Секунда тишины. Потом он хмыкает:
— Быстро ты. Прямо не терпится, да? Избавиться от меня.
Я останавливаюсь, опешив от негатива в его голосе.
— Что?
— Интересно просто. Ты меня вообще любила? Или всё это так, по расчёту было?
У меня перехватывает дыхание.
— Женя, ты серьёзно сейчас? После всего, что ты вытворил, ты ещё смеешь такое говорить?
— Ладно, забудь. Просто сказал, что подумал. Я тоже не железный.
Он сбрасывает звонок. А я стою на тротуаре, глядя в экран, словно он мне объяснит, что это было. Только сейчас я понимаю, что по-настоящему узнавать своего мужа я начала в процессе развода. Это как будто два разных человека. Получается, я совсем его не знала.
Годами живёшь с кем-то, считая, что совместный быт и время вместе даёт тебе картину того, что за человек рядом. Но нет. Ничего подобного.
Следующий пункт — банк. Я записалась на консультацию по кредиту. Хочу понять, на что могу рассчитывать. Отделение — большое, светлое, пахнет кофе из автомата и чем-то сладким, вроде ванили. Людей немного. Менеджер — улыбчивый парень с гладко зачёсанными волосами, маникюром лучше моего и уверенным голосом, в котором слишком много энтузиазма. Он явно в уме уже открыл калькулятор, чтобы посчитать, сколько он сможет получить за успешно подписанный договор со мной.