Смотрю в глаза Вика, и чем дольше он молчит, тем больше мне хочется присесть. Ноги становятся ватными.
— Саша, давай присядем, — он доводит меня до кресла и садится напротив.
— Я готова, говори, — твёрдым голосом говорю полнейшую неправду. Потому что я не готова. Но услышать всё равно нужно.
— Ты наверняка подумала, что я в отношениях и даже женат. Но это не так.
— Так Маша не жена? — спрашиваю сдержанно, хотя внутри меня всё уже кричит от желания узнать истину.
— Маша — моя дочь.
— Ох… — я резко выдыхаю и опускаю букет на стол. Облегчение такое, что как будто одним разом все силы меня покинули, и я даже сидеть прямо не могу. Плечи опускаются, а в голове звенит пустота. Дочь. Всего лишь дочь. Как же я могла накрутить себя до такого?
— Но есть ведь и жена? — переспрашиваю, будто сама себе не верю, что всё может быть так просто.
— Нет, я в разводе. Уже почти два года. Но Маша живёт со мной. Так вышло.
Я нахмурилась:
— Неужели бывшая жена не настаивает на опеке?
— Она живёт в другой стране. Мы пришли к соглашению, и Маша осталась со мной. Я не идеален, но стараюсь. У меня есть отличная няня. Да и моя мама помогает. В общем, жаловаться не приходится.
Я молчу, обдумывая услышанное. Всё встаёт на свои места. И то, что он уехал в ту ночь, и почему не выходил на связь. Это не было игнором. Это было отцовство.
— Так она заболела? Ты поэтому не писал? — уточняю уже мягче.
— Да, обычные детские болезни, ничего серьёзного. Температура, капризы, бессонная ночь. Нужно было уделить всё время ей. Успела себя накрутить? — улыбается самой своей обезоруживающей улыбкой.
И мне с одной стороны стыдно признаться, какие мысли крутились в моей голове, а с другой, на честность надо отвечать честностью.
— Есть немного, — признаюсь, отводя взгляд. — Я не знала, как всё воспринимать. Не знала, как мне себя вести. Ты мне не обязан ничем, но...
— Но я всё равно должен был дать знать, — перебивает он мягко. — Ты права. Я виноват. И хочу это исправить. Если ты позволишь.
Я вдруг чувствую, что хочу поделиться ещё кое чем. Тем, что так долго носила в себе и что до сих пор болит. Никогда не думала, что смогу произнести это вслух кому-то, кто не врач или не Женя. Но с Виктором рядом я почему-то не боюсь. Он не давит, не жалеет, просто слушает.
— У нас с Женей не получилось завести детей, — мой голос звучит тихо. — Мы проходили обследования, сдавали анализы... Много раз. Сменили несколько клиник, врачей, методов. И каждый раз всё было "вроде бы" в порядке. Ни одной чёткой причины так и не нашли. А результата не было. Годы шли, и с каждым новым циклом, с каждой новой надеждой, которую разбивал один маленький тест, я всё больше погружалась в отчаяние. Я уже перестала верить, что когда-нибудь стану мамой. Просто... смирилась.
Вик смотрит на меня внимательно. Его брови сдвигаются, как будто он вспоминает что-то.
— Так вот о чём была речь.
— Какая?
— Твой Евгений. Он, видимо, решил, что открывает мне глаза на положение дел. Поделился этой информацией, правда, в странной форме. Как будто это что-то, что должно оттолкнуть.
— Господи… — я прикрываю лицо руками. Горят уши. — Мне так стыдно... Он не имел права...
— Тут нечего стыдиться, — Вик мягко касается моей руки. — К тому же, если ты говоришь, что причина не найдена, значит, может, её просто нет? Не в тебе, не в нём. А может, вы просто не подходили друг другу на этом уровне. Бывает.
— Но так же бывает, — шепчу я. — Все вокруг как-то справляются, рожают, лечатся... А у нас ничего не вышло.
— Да ну, — он усмехается, но взгляд серьёзен. — Сколько историй таких знаешь? Люди годами не могут зачать, и вдруг... бац. Случайная беременность. Часто как раз после развода или даже с новым партнёром. Считай, что ты обязательно войдёшь в их число.
— Это вряд ли, — я отвожу взгляд. — Я почти что в разводе. Так что сам понимаешь...
Он не отвечает сразу. Только кивает и остаётся рядом. Его молчание — как тёплое одеяло. Оно не давит, не пугает. Оно поддерживает.
— Саш, — вдруг тихо говорит он, — что скажешь на то, чтобы познакомиться с Машей?
Я вскидываю брови. Сердце неожиданно делает кульбит:
— Ты правда готов?
— Не предлагал бы, если бы это не было так. Она важная часть моей жизни. И если ты тоже хочешь быть в ней — это неизбежно.
Я чувствую, как на губах рождается настоящая улыбка. Чуть смущённая, но тёплая:
— Я обожаю маленьких детей. С Ваней, сыном подруги, готова играть часами. С ним у меня настоящее взаимопонимание. Иногда кажется, что он чувствует моё настроение лучше, чем взрослые.