В зале полумрак, приглушённая музыка и аромат свежей выпечки вперемешку с запахами из кухни. Нам выделяют столик у окна — с видом на улицу, где ещё светло, но солнце уже начинает клониться к горизонту, отбрасывая длинные тени. Стол накрыт безупречно: белоснежная скатерть, тонкие бокалы, аккуратно разложенные приборы и небольшая ваза с одной алой розой. Вик помогает и отодвигает стул, прежде чем сесть напротив.
Меню тонкое, в кожаной обложке. Я скольжу взглядом по страницам, пытаясь сосредоточиться, но он всё время перехватывает мой взгляд. Заказывает мне тёплый салат с креветками и филе дорадо, себе — стейк средней прожарки.
Я замечаю: Вик то и дело бросает взгляд куда-то в сторону — через моё плечо, будто проверяет, всё ли на месте. Поначалу думаю, что ему кто-то знакомый помахал, но нет — он снова и снова украдкой туда смотрит. От этого у меня внутри возникает лёгкое, щекочущее тревожное чувство, как перед важным событием, которое вот-вот произойдёт.
Разговор крутится вокруг пустяков — он спрашивает про салон, я рассказываю пару смешных случаев, но чувствую, что он слушает не до конца. Его пальцы иногда барабанят по столу, и это для него нехарактерно.
К моменту, когда приносят десерт, волнение достигает пика. Передо мной ставят нежный чизкейк с ягодным соусом, а официант, вместо того чтобы сразу уйти, делает лёгкий полукруг и ставит на край стола серебристый поднос. На нём — маленькая бархатная коробочка глубокого синего цвета.
Вик берёт её аккуратным движением, будто это что-то хрупкое. Смотрит прямо в глаза, и в его взгляде — ни капли привычной иронии, только серьёзность. Он открывает коробочку, и внутри вспыхивает отблесками кольцо — тонкое, изящное, с камнем, который переливается всеми оттенками света.
— Саша… — его голос звучит чуть ниже обычного, чувствуется, что он волнуется. — Ты станешь моей женой?
На мгновение всё вокруг будто замирает — музыка, голоса за соседними столиками, даже собственное дыхание. Меня окутывает волна тепла, в горле встаёт ком, и я понимаю, что улыбаюсь, даже не замечая этого.
— Да, — произношу тихо, но так, что он точно слышит. — Да, стану.
В его глазах появляется яркая искорка, он встаёт, обходя стол, и, не обращая внимания на то, что кто-то из гостей уже обернулся, надевает кольцо на мой палец.
Вик задерживает мою руку в своей ладони и, не отпуская, тянет меня к себе. Я встаю, и он легко притягивает меня, касаясь губами — мягко, чуть дольше, чем позволило приличие в ресторане, но не настолько, чтобы это выглядело вызывающе. Поцелуй тёплый, сдержанный, но в нём есть то самое спокойствие, которое я чувствую рядом с ним.
— Люблю тебя, — говорит он тихо, почти буднично, как будто сообщает, что у нас дома закончился кофе. Но именно от этой простоты у меня внутри всё сжимается от счастья.
Я улыбаюсь, чуть прижимаясь лбом к его плечу.
— А я тебя, — отвечаю в тон, стараясь, чтобы голос не дрогнул.
Он усмехается, гладит меня по щеке и, всё ещё держа за руку, помогает снова сесть. В зале снова оживают голоса, а официант, проходя мимо, кивает нам с одобрительной улыбкой, будто посвящён в секрет, который мы только что поделили на двоих.
Эпилог. Саша
— Мама, а когда уже можно будет купить что-то братику? — прыгает на одной ноге Маша. — У меня столько всего, а у него ничего нет. Когда он родится, ему будет ужасно скучно!
— Машуль, малыши очень много спят, когда только рождаются. И ни во что не играют.
— Совсем? — недоверчиво смотрит на меня, прищурив глаза, как будто я пытаюсь её обмануть.
— Когда подрастают, через несколько месяцев, им становятся интересны погремушки.
— Давай купим? Только чур я сама выберу, — и уже несётся к своей куртке.
— Стой! Сначала колготки, — останавливаю её на полпути.
Она громко вздыхает, закатывает глаза:
— Зимой просто ужасно одеваться на улицу. Я хочу снова солнышко и травку.
— А как же Новый год? Ты не хочешь, чтобы Дед Мороз принёс подарок?
— А сколько до него осталось? — тут же загораются глаза Маши.
— Уже завтра.
— Братику нужен тоже подарок, — уверенно заключает она.
Через несколько минут, закончив наш маленький квест по надеванию колготок, свитеров и шарфов, мы выбираемся из квартиры. Холодный воздух тут же обдаёт лицо, щёки моментально начинает щипать.