Неужели за окном действительно все так печально? Нет, не верю. У него слишком довольные глаза. Слишком.
Он явно что-то придумал, просто не говорит, что именно.
- И знаешь, у меня есть отличный способ справиться с твоим похмельем, - подойдя вплотную ко мне, начинает, а я уже набираю сквозь боль побольше воздуха, чтобы возмутиться, но он не дает.
Кладет палец на губы, запрещают что-либо произносить.
- До вечера ты будешь моей, - и оттягивает ворот футболки пальцем, открывая себе явно интересный вид. - Тебе очень понравится и в себя быстро придешь. Ты какую позу больше любишь? С какой начнем?
Закашливаюсь от возмущения. Воздух буквально выбили из груди. Он снова начинает? Что за человек такой, к кому я в лапы попала? Уже не смешно. Похоже, что удача решила покинуть меня и я сразу угодила к какому-то маньяку, которому очень хочется развлекаться с девушками в любом состоянии.
- Да что ты, хворая такая? - подхватив под руку, ведет к дивану. - То идти не можешь, тебя шатает, теперь кашляешь, то слезы непонятно с чего льются. Что с тобой?
Хочу оттолкнуть его, но не получается. На любое мое сопротивление, он сильнее прижимает к себе. Меня обжигают его прикосновения.
- Ну, что молчишь? Рассказывай давай, - усадив в диван, садиться рядом и закидывает мои ноги к себе на колени, начиная массажировать и.
Не понимаю, зачем ему это, чего он хочет этим добиться. Его желание трогать меня только сильнее пугает, ведь я этого не хочу.
- Не смотри на меня так. Мне нужно было убедиться, - легко роняет слова, сминая икры.
- В чем? - мои глаза расширяются от удивления. - В чем вы хотели убедиться?
- Неважно, - отмахивается, как от надоедливой мухи. - Все твои реакции говорят о том, что ты человек, попавший в беду, так что давай, говори, вещай свою правду.
Продолжает массировать икры, отвечая с ленцой, даже не думая извиняться.
- Ну, не строй из себя дурочку, хватит. Давай, я внимательно слушаю. Это твой последний шанс, иначе я потеряю терпение и несмотря на то, что ты не такая, я сделаю из тебя такую, раз не понимаешь по-хорошему.
Опасно сверкая глазами, давит на меня, чтобы заговорила. Правильно ли будет ему рассказать все? Хотя разве это имеет какое-то значение? Я вижу его в первый и последний раз в жизни. Максимум вечером наши пути разойдутся.
Он как попутчик в поезде, с которым можно поговорить обо всем и не боятся, что кто-то об этом узнает. Чем я рискую? Ничем. Мне плохо физически и душевно. Если с физической болью он ничем мне не поможет, то с душевной очень даже.
- Ну, мне долго еще ждать? И, кстати, Карим, - протягивает руку, наконец, сказав свое имя.
Мнусь несколько секунд, а потом все же протягиваю свою и пожимаю.
- Софья, - зачем-то еще раз называю свое. - Очень приятно.
- Ахаха, - смеется мягко, без злобы. - Судя по твоему лицу, не очень. Но да ладно, опустим этот момент. Давай, Сонь, начинай, я весь во внимании или хочешь, чтобы я играл по-плохому? Может, я все-таки ошибся? – играет бровями, стараясь расслабить меня, но его бородатое лицо скорее пугает.
Нет, не ошиблись. Просто ситуация очень запутанная, - опускаю глаза, сминая края футболки.
- Я могу помочь распутать. Ты только начни говорить, вдруг совет какой-нибудь дам, - спокойно говорит, я почему-то ему верю.
Такому большому, сильному. Может, и эмоциональному, но очень уравновешенному человеку. Любой другой на его месте мог бы уже столько всего со мной сделать, а он нет, сидит и ждет. Шоковую терапию иногда устраивает.
- Меня муж вывез с любовницей в лес умирать. Вот и вся история. Я была пешкой на их шахматной доске, которую пришло время убирать. Вот такая скучная история, - отвечаю, пожимая плечами. - Если бы не ваш пес, я бы так и осталась лежать под той елочкой.
- В каком смысле муж и любовница? Ты замужем, что ли? - киваю ему, показываю руку и удивляюсь.
Кольца больше нет. То ли потеряла, то ли Арсений снял. Неважно, все равно семьи уже больше нет.
- Дела. И ты вот просто так согласилась похорониться в лесу?