2.3
Рустам возвращается спустя минут десять. И хоть я обещала себе, что буду держаться до конца.
Но руки сами бросают в него подушку. А после - акриловую статуэтку, подаренную моим учеником.
Подарок жалко, лицо мужа - не особо.
Тем более что Рустам уворачивается.
- Прекрати, Катюш, ты ведёшь себя неразумно, - пытается меня успокоить мягким голосом.
- Ты меня запирать будешь? - шиплю дикой кошкой. - Ты кем себя возомнил, Алиев? Султаном? Властителем гарема?
- Я уже объяснял...
- Да-да. Так было нужно, ты был в своём праве, якобы. Но ты сам сказал, что между нами это ничего не изменит. Всё будет как прежде. Скажи, Рус, когда раньше ты так себя вёл?
Я скрещиваю руки на груди, очень жду ответа мужа. Пытаюсь в какой-то мере его понять.
Не оправдать, нет! Но это больное любопытство - понять, в какой момент всё прошло наперекосяк.
Как я не заметила в любимом замашек тирана.
- Ты права, - Рус кивает, медленно подбирается ко мне. - Я не должен был тебя запирать. Но мне нужно было, чтобы ты всё обдумала. Поняла. А не действовала на эмоциях.
- О, я всё обдумала. И даже попыталась понять. Не до конца, но думаю, ты мне поможешь.
- Правда?
Муж хмурится, его тёмные густые брови сходятся на переносице. На лбу выступает мелкая морщинка.
Я смотрю на лицо Рустама, а вижу незнакомца. Те же тёмно-серые глаза, аккуратная щетина. Широкий подбородок, острый взгляд.
Всё-всё знакомое, ничего не изменилось.
А при этом я себя чувствую так, будто передо мной чужак.
Рустам молчит, явно пытается переварить услышанное. Не ожидал подобного.
Теперь с недоверием косится.
- По твоим традициям ты мог взять вторую жену, - произношу медленно, в горле царапает от этого. Всё ещё больно. - То есть, ты следуешь традициям?
- Именно, - муж не кажется счастливым от моей мягкости. Ждёт подвоха? - Ты не могла мне родить, я хотел наследника. Это нормальная практика.
- Но ты ведь всё делаешь неправильно, Рустам! Хочешь, чтобы я приняла твои поступки? Тогда следуй всем традициям.
- В каком смысле?
- Ты обязан был меня предупредить, спросить. Только после этого брать эту Лалу в жены.
- Лейлу, - поправляет.
- Без разницы. Ты этого не сделал. Значит, я могу не принимать твоё решение и спокойно уйти.
Это напоминает какой-то бред. Редкостную чушь, которой я не могу найти объяснение.
С каких пор девушек нужен повод, чтобы уйти?
Я свободна, я могу делать всё, что хочу.
А Рустам не имеет права мне указывать.
Но вместе с этим я понимаю, что лучше действовать хитростью. Мне не нужно, чтобы муж снова запер в спальне.
Или, что ещё хуже, начал преследовать.
На что вообще надеется Алиев? Он притащил в нашу квартиру незнакомку. Признался в измене. Оскорбил меня.
А теперь ласки ждёт?
- Ты ошибаешься, - на лице мужа возникает хищная ухмылка. Приближается ко мне, оттесняя от выхода. - Я обязан предупредить вторую жену, что она не будет единственной. Тебя - нет.
- Но...
- Это рекомендация, а не правило, что ты должна знать. Чтобы не ухудшать отношения между нами.
- А тебе, значит, плевать на наши отношения?
- Я не это сказал. Ещё какая-то критика того, как я себя веду?
- Да. Одна.
Я поясницей вжимаюсь в стол, а муж не позволяет уйти в сторону. Пальцами касается моего подбородка, задевает нижнюю губу.
Я дёргаюсь.
Вскидываю голову, взглядом мужу обещаю кару небесную за это.
Тронь ещё раз, Алиев, откушу.
- Ты не имел права приводить её в дом, - произношу то, что успела вычитать. - Без моего разрешения. Я здесь хозяйка, а ты этим оскорбил меня.
- Катя...
- Нет. Я не согласна жить с ней. А это, мой дорогой султан, правило. У нас должно быть различное жильё.
Рустам хмурится сильнее. Отталкиваясь ладонями от стола, отступает на несколько шагов.
Он со всей силы сжимает челюсть, желваки играют. Недоволен. Зол.