Спускаюсь к подъезду, сегодня довольно ветрено. Зябко кутаюсь в куртку, поглядывая на дорогу в ожидании машины Аллы.
Вдруг сзади у самого уха слышу:
– Бу! – подпрыгиваю от испуга.
А потом меня кто-то хватает так неожиданно, что сердце уходит в пятки.
– Ай, – только и успеваю вскрикнуть.
Резко оборачиваюсь и натыкаюсь на смеющееся лицо моего друга детства.
– Кир! – хватаюсь за сердце. – Разве можно так пугать?
– А что, старая стала, боишься, сердечко не выдержит, – прикалывается он.
– Конечно, немолодая я уже, – пытаюсь отдышаться.
– Да с Гитлеровной жить, это вообще сердца не иметь. Что, сбегаешь?
– Да, – вздыхаю невесело.
– А это твой благоверный сегодня приходил, веником перед дверью махал? – выгибает бровь.
– Ага, – кривлюсь я.
Ужасно, если Кир видел эту безобразную сцену.
– “Очень достойный молодой человек”, – кривляется Кирюха, копируя голос мамы. – А орал, как потерпевший. Что, отшила ты его? Видимо, сильно накосячил “достойный” твой? – спрашивает с усмешкой.
– Кир, не нужно, ладно? – отвожу глаза, потому что всё это так тяжело и неприятно…
– Ладно, я в ваши дела не лезу, – отрезает недовольно Кир. – Но если тебе понадобится помощь, – ловит меня за руку и взгляд держит, – слышишь? Любая помощь, – подчёркивает тоном, – вот моя визитка, – вкладывает в руку. – Или можешь приехать в бар “ Тень”, знаешь где это?
Отрицательно кручу головой. Кир называет адрес.
– Приезжай, я там по вечерам почти каждый день. Назовёшь моё имя бармену, он скажет, как меня найти.
И тут подъезжает Алла, сигналит, привлекая внимание.
– Мне пора. Спасибо тебе, Кир, я была очень рада тебя увидеть, – тепло смотрю на друга детства.
– Я тоже был рад, Светлячок, – подмигивает мне Кирюха. – И буду рад ещё больше, если мы встретимся снова. Приходи, – кивает на визитку.
– Я постараюсь, – улыбаюсь как дурёха, плавясь в его теплом взгляде.
Такой он лёгкий, красивый, стильный. В белой дутой безрукавке и ярких кроссах, с модной стрижкой и белозубой улыбкой. Я чувствую себя рядом с ним облезлой курицей. Как будто из нас двоих старше я, причём лет на десять.
И всё равно мне очень приятно было встретиться с Кириллом. Жаль, что принять его предложение я никак не смогу.
Но визитку я всё же прячу в карман и ныряю в машину Аллы.
Мы отъезжаем, но в зеркало заднего вида я вижу, как Кирилл провожает нас задумчивым взглядом…
– Ну что, – поворачивается ко мне Алла, – готова ты своего благоверного шугануть так, чтобы больше неповадно было по другим бабам бегать? – глаза её горят азартом, и я уже сомневаюсь, что правильно поступила, позвав её помочь мне.
– Вообще-то, нет, – грустно качаю головой.
– Так, Светик, а чего это ты раскисла сразу, а? Или ты готова своего мужика без боя отдать какой-то прошмандовке?
– Алл, ну он же не баран на рынке, – пожимаю плечами. – Я ему не хозяйка, чтобы “отдавать”. Если любит её, пусть идёт.
– Да кто там любит, – кривится Алла, – там любовь сто процентов “кроватная”. И что теперь, сделаешь подарок этой козе? Разрешишь ей занять своё место? Она только об этом и мечтает.
– Я пока не решила.
– А зачем мы тогда едем? – хмурится Алла. – Я настроилась уже патлы этой курве повырывать, – воинственно сжимает руль.
– Нет, драться я точно не планирую, – заявляю твёрдо.
– А что планируешь?
– Хочу просто в глаза ему посмотреть.
– Ой, в глаза? И что ты там надеешься увидеть? – кривится Алла. – Уж не совесть ли ты там хочешь найти?
– Не знаю. Может и совесть.
– Ладно, – вздыхает. – Я в ваши отношения лезть не буду. Да и вообще мне бы желательно, чтобы Ефремов не узнал, кто на него жену навёл. Он как никак по должности значительно выше меня, может нашему генеральному напеть, и попрут меня под зад, а мне работу терять нельзя. Я из-за своего такого же козла одна с ребёнком на руках осталась.
– Хорошо, я не скажу ничего.
– А мы уже приехали, кстати, – тормозит Алла у одной из многоэтажек в центре. – Третий этаж, сто восемьдесят вторая квартира.
– Хорошо, подожди меня здесь.
Выхожу из машины, заскакиваю в подъезд. Мне жизненно важно скрыться от любопытного взгляда Аллы. Назойливая она немного. Мне от её комментариев крайне некомфортно.
Медленно поднимаюсь по лестнице, проигнорировав лифт. Мне очень нужно успокоиться и хоть немного привести мысли в порядок. Но как это сделать, когда сердце колотится в груди испуганным комом?
Что будет, если сейчас на пороге квартиры окажется Иван? Или я застану вообще какую-нибудь похабную сцену?
Я не знаю даже, чего я хочу больше, уличить мужа в измене, чтобы я могла смело настаивать на разводе, и у него не было давящих аргументов в пользу сохранения нашей семьи, или всё же понять, что Алла всё придумала, и никакой интрижки у Вани с этой Нинель нет?