- Что? В каком смысле?
- Почему вы здесь? Вам предлагали отказаться от ребенка?
- Да. После того как был сделан тест ДНК.
- Вы не отказались почему?
- П-потому… - его зрачки начинают дрожать и бегать по палате, будто мячики. – Потому что она моя дочь.
- Дочь? Вы на нее так смотрели, будто впервые увидели.
- Так и есть. Я… даже не знал о ее существовании, пока ко мне в дверь не постучали.
Его ответ ломает все мои домыслы и выстроенные гипотезы о случившемся, но задать следующие вопросы у меня не выходит, потому что возвращается Любовь Евгеньевна.
- Ну как вы тут?
- Все хорошо.
- Кажется, она не плачет, - женщина улыбается, остановившись напротив меня и Ани.
- Ну, если бы сидела отдельно, то не этой тишины никто б не услышал.
- О, ясно. Думаю, для этого дня достаточно, Лилия Александровна?
- Вполне. Я бы посоветовала визиты не раз в неделю, этого мало для того, чтобы ребенок привык к отцу и воспринимал его как кого-то близкого.
- Тут мы полагаемся на вас, а Матвей Сергеевич имеет официальный документ от судьи, что имеет право отлучаться от работы.
- Да, так и есть.
- Ну, приходите хотя бы три раза в неделю. Примерно в это время или же с трех до пяти, потому что до и после она спит.
- Хорошо, - он кивает и встает, как и я с Аней на руках. – А на этих встречах каждый раз будете вы? Или кто-то другой?
- Да, я думаю, было бы лучше, чтобы вы находились.
- Я, у меня сейчас дневные смены по будням.
- Отлично. Ну, я удовлетворена, приду на следующей неделе, или позвоню, чтобы узнать о прогрессе.
«Если он будет», - говорю мысленно на ее слова, но оставляю это мнение при себе.
- Раз уж мы все решили, тогда до свидания.
- До свидания.
Мужчина задерживается на пару секунд дольше и смотрит на малышку, которая рассматривает его, все еще грызя игрушку. Я же смотрю на него, и тогда он поднимает взгляд, чтобы сказать: «Спасибо».
Кивнув, я отмалчиваюсь, и он уходит.
- Уф, ну что юная леди, эта встреча подошла к концу, - я подхожу к манежу и сажаю ее туда. – Что скажешь?
Она улыбается и встает, взявшись за поручни. Встав удобно, она тянет руку и щипает меня за щеку.
- Ты умница.
- Простите, - слышится позади, и я тут же встаю на ноги.
- Да?
Отец Ани стоит на пороге и смотрит на нас обеих, но рассматривает именно свою дочь. Благо она не плачет, но не пытается сесть или отойти, держась за манеж.
- Я хотел спросить, могу ли я ей что-нибудь купить?
- Конечно. Только, пожалуйста, что-то для ее возраста. Она сейчас все пробует на вкус, и мягкая игрушка не лучший подарок.
- Я знаю об этом, поверьте. Просто хотел узнать можно ли.
- А, ну тогда вы узнали.
- До свидания, Лилия… - он запинается, словно раздумывает, добавлять ли мое отчество, - Александровна.
- Всего доброго.
Вскинув брови, когда он исчезает, я принимаюсь за работу.
Глава 8
Следующая встреча с отцом Ани происходит через день, после первой.
Сейчас мои смены были дневными, и это даже хорошо. Я ладила с малышкой лучше остальных, и это должно было помочь. Я на это надеялась.
Аня только проснулась и поела, когда на пороге появился ее отец.
- Лилия Александровна, - сказал он мягко и словно ждал приглашения.
- Здравствуйте.
- Доброго дня.
Он все еще был на пороге, и я вскинула брови.
- Собираетесь оттуда общаться с дочерью?
- Простите. Я волнуюсь.
- Она ребенок, а не монстр.
Малышка сидела в стульчике для кормления и следила за мужчиной. Не было ни слез, ни истерики, как в прошлый раз. Но и активной и радостной быть Аня перестала, прислушиваясь к ощущениям.
Вытерев ей лицо пеленкой, я дала ей непроливайку.
Она схватилась за ручки и улыбнулась, проговорив что-то вроде: «Н-ня», затем стала пить.
В этот момент я повернулась, чтобы встать со стула и убрать тарелочку, где была каша, и увидела, каким взглядом Матвей Сергеевич смотрел на ребенка.
Благоговейный, мягкий, нежный. Это лишь пара слов, которые пришли мне на ум. Это снова ставило в тупик мои мысли об этом человеке, как об отце.
- Сегодня она не плачет, думаю – хороший знак, - решила внезапно подбодрить мужчину. – Матвей Сергеевич, - он поднял глаза на меня.
- Просто Матвей, если вы не против.
- Тогда просто Лилия.
Он зашуршал пакетом, когда я повернулась к малышке и забрав ее стаканчик с водой вытащила из стульчика.
Она смущенно вжалась в мои ноги, сидя на полу, но совершенно точно увлеклась тем самым пакетом.
Он был бумажный и ярко-желтый.