- А это еще зачем? – тут же опешила, но брать не спешила.
- Чтобы вам работалось легче.
- Спасибо, конечно, но не стоит.
- Стоит-стоит. Берите. И я прошу прощения за свои откровения в прошлый мой визит. А также за отсутствие в пятницу, у меня была сестра, помогала с комнатой для Ани.
- Вам не за что извиняться, - пробормотала и взяла конфеты. – Я виновата перед вами за все эти вопросы. Не стоило в общем, но спасибо.
- И вам спасибо, что делаете свое дело.
В этот раз разговоров не было особо. По тому же сценарию мы сели на коврик. Аня была более подвижной. Ползала туда-сюда. Показывала новому знакомому, то есть отцу игрушки и с удовольствием делилась с ним ими.
Я слегка отстранялась от них, чтобы в итоге, когда выйду, малышка сумела не думать обо мне, а была сосредоточена на мужчине.
У нас всего месяц, и одна его неделя закончилась. А мы должны добиться полного доверия от ребенка.
Матвей следил за моим перемещением по палате. Я увеличивала расстояние и посчитала это прогрессом. Правда, когда попыталась выйти, она тут же закричала. Не заплакала, а именно закричала, как если бы сумела сказать мое имя.
- Я здесь, солнышко. Я тут, все в порядке.
Войдя обратно, я с улыбкой посмотрела на ее отца и увидела, как он сам улыбается.
Следующие два визита были похожи на предыдущие. Только без игрушек и конфет. Приманка — это хорошо, но переусердствовать не стоит.
В понедельник Аня уже заползала на руки к своему отцу и даже обнимала, а я смогла выйти из палаты, но сидела недалеко от двери, чтобы войти до начала истерики.
- А у вас есть дети, Лилия? – спросил Матвей, когда я снова к ним присоединилась, почти в конце его визита.
- Конечно. Дочь – Алиса. Ей десять.
- Уже почти подросток.
- Ага, мысленно она уже перегнала обычного подростка. Шучу, конечно. Но она с характером.
- Думаю, с вашим опытом, укрощение характера — это плевое дело.
- О нет, это так кажется. Совсем недавно я думала о том, что здесь мне так просто найти общий язык с детьми, а дома, с родной дочерью, порой не знаю, что сказать.
Он поджал губы в полуулыбке.
- Все мы боимся ошибиться. Дать неправильный совет. С ними, - он кивает на свою дочь, - гораздо страшнее от этого.
Пришлось согласиться, пусть и молчаливо.
Следующие выходные мы с Алисой ходили по магазинам. Как ни крути, уже почти середина августа и нужно немного обновить школьный гардероб.
- Мам, ну еще одну блузку, - стала она канючить, после моего отказа.
- Алис, у тебя их три.
- Они прошлогодние.
- Но они на тебя как раз. Мы купили тебе брюки и юбку, причем недешевые, дочь.
- Я буду ходить как бомжиха в этих блузках.
- Господи, прекрати ты это. И не смотри на других, кто там, что себе покупает. Я понимаю, что ты хочешь все новое, но мы живем по средствам, слышишь? Те блузки по полторы тысячи стоят, а носиться будут полтора месяца.
- Ага, по средствам. Посмотрела бы я на тебя.
Мои слова, разумеется, остались за пределами ее понимания. Она не хотела слышать.
- Алиса, - она отвернулась и сложила на груди руки. – На меня посмотреть можешь? Или мы закончили сборы в школу?
- Что? – ее голос был грубым, и это обижало.
- По-твоему, я плохо стараюсь и заслужила такой тон?
- Я просто хочу новую блузку, - пробубнила она.
- То есть мы купим блузку, но ты пойдешь в старой обуви?
- Нет, - ее глаза почти вдвое стали больше.
- Что? У меня есть бюджет на сборы в школу, если ты не забыла, мы устроили по твоему желанию отдых на природе и потратили достаточно для этого. В итоге бюджет для школы стал меньше. Хорошо, покупаем новую блузку, если она так тебе необходима, но ты идешь в старых туфлях.
- Но мам, - дочка возмутилась, но видно, как задумалась. – Это нечестно.
- Нечестно, требовать то, что твои родители на данный момент дать не могут, при этом психовать и думать, что где-то там в разы лучше. Ты говоришь со мной так, словно я не желаю для своего ребенка самого лучшего и по мере возможности мы с папой тебе это даем. Стоит ценить то, что ты имеешь.
На этих словах, уже ни одна из нас не была готова продолжать покупки. Я подняла пакеты с жилеткой, юбкой и брюками со скамьи, у которой мы стояли.
- Поехали домой, на сегодня это все.
Всю дорогу домой Алиса была молчалива. Я не люблю с ней ссориться, но я хочу, чтобы порой умела останавливаться и понимать происходящее.
Ее тихую Гриша тоже не воспринимал. Наша «зажигалка» обычно фонтанирует, а тут была не слышна.
- Что это с ней? – муж сел за стол, когда дочка уже вышла из-за него.