В прошлой жизни остался душистый бородинский с тмином. А в этой мне даже банку с солёными огурцами придется открывать самой.
Что бы не случилось, я не жалею ни о чём, я была счастлива. И пусть сейчас все закончилось, зато у меня теперь есть образец, я буду знать, что хочу найти в следующих отношениях. Если они у меня будут.
- Вика, все хорошо? – оборачиваюсь на голос Саши.
- Все отлично, малыш. Пять минут на отдых, достаём коржи и снова за работу. И помни, как только хозяин проснется, бегом во двор и сиди там мышью. – Строго грожу пальчиком. И добавляю между прочим. - Интересно, когда это случится?
- А это уже случилось!
Мы с Сашей вздрагиваем, услышав звуки незнакомого голоса. Саша не мигая смотрит мне за спину, затем тихо ойкает и юркает под стол - в безопасное, по его мнению, убежище.
Быстро подхватываюсь со стула, на котором сижу развалившись, и оборачиваюсь.
Прислонившись к дверному косяку стоит молодой мужчина, по виду лет тридцать пять, не старше. Длинный фленелевый халат распахнулся, оголяя волосатую грудь и полосатые боксеры.
Почёсывая кустистую поросль на пузе, мужик зевает и с ленцой произносит.
- Так, я не понял. Ты – новая домработница, а это чо за шкет?
25. "Тебя нужно наказать"
- Добрый день. Я - Виктория, ваша жена меня наняла... – лепечу, хлопая глазами от неожиданности.
Хватаю в руки миску с кремом и начинаю интенсивно его взбивать. Еще не хватало, чтобы Артурчик решил, что я вальяжная корова. По кухне разносится стук металлического венчика.
- Жена? – хмыкает Артурчик и идет ко мне вразвалочку. – Она так и сказала?
Я молчу в ответ и замираю, как статуя. Даже глазами стараюсь не шевелить. Чуть задевая меня плечом, Артурчик обходит меня по кругу. Окунает палец в крем и облизывает его, скользя по мне сальными глазками вверх и вниз. В нос бьет сладковатый запах перегара.
- Ничего, пойдёт... Продолжай.
Я, как заяц на батарейках, тут же начинаю работать руками.
- Значит так... – вальяжно тянет Артурчик, затягивая узел на халате. – Мальчишку во двор. А ты, - направляет палец на меня, - объяснишь, что здесь происходит.
- Во двор? На весь день? – Растеряно переспрашиваю, не переставая взбивать.
Артурчик брезгливо мощится:
- Ну а куда? Не в подвале же его держать.
Саша, вжавшись в ножку стола, испуганно смотрит на меня.
- Алекс, поиграй пока на улице, хорошо? – Выразительно округляю глаза, чтобы мальчишка понял, что так будет лучше для нас всех.
- Только за домом, чтобы соседи не видели, - позёвывая сообщает хозяин. – А то вопросы потом будут.
Саша на четвереньках выползает из-под стола, одергивает футболку и неохотно топает к выходу. Уже взявшись за ручку двери, оборачивается и через плечо смотрит на Артура, раздувая ноздри. В глазах молнии, губы сжаты в узкую линию.
От этого взгляда меня мгновенно обжигает тоской, венчик перестаёт клацать о посуду. С таким же характерным прищуром смотрел Глеб, когда злился.
Даже сейчас, когда Саша так напоминает мне Глеба, вместо неприязни к нему, сердце царапает жалость. Такого взгляда не бывает у маленьких детей, это глаза взрослого мужчины. Что же творится внутри у малыша, если он уже умеет смотреть на врага?
Киваю Саше с лёгкой улыбкой, чтобы он понимал, что всё хорошо. Только после моего молчаливого одобрения он прикрывает за собой дверь.
Артуру плевать, что думает о нем какой-то пацан. Он подходит к крану, наливает воду и пьет большими глотками - кадык, как поршень ходит по горлу. Струйки воды стекают по подбородку и капают на волосатый пресс.
Чтобы заглушить омерзительные глотки вновь берусь за венчик.
- И что это было? – Напившись, Артур смачно вытирает рот рукавом халата и подходит ко мне.
- Вода... Но я компот сварила, если хотите...
- Ты дура что ли, не понимаешь? – Цедит сквозь зубы, обходя меня по кругу - Мозгов совсем нет, с ребёнком приперлась в приличный дом. Тут ваз дорогих на миллион. Если он разобьет что-нибудь?
- Простите, это больше не повторится. Уже завтра его не будет. Мария разрешила, иначе я бы никогда...
- Мария, значит... – останавливается передо мной и животом чуть ли не ложится в миску с кремом. Я интуитивно отступаю. – Естественно она разрешила, а то тебя бы здесь не было. Только поэтому вас обоих и не вышвыриваю. Но, считаю, что тебя стоит наказать.
- В смысле? – опешив, смотрю ему в глаза. – За то, что пришла с ребёнком?
- Нет, – хрипло сипит Артур, вжимаясь в разделяющую нас миску. – За то, что ты была плохой и ленивой домработницей. Ты валялась на кресле и болтала по телефону. Не думаю, что Машка тебе будет платить за это.