- Девушка, в другую сторону открывается. – Входящий мужчина легко толкает дверь, пропуская меня вперед. И я, наконец, вламываюсь в приемник.
В голове полный раздрай. Я знаю, что все происходящее - просто ошибка. Не мог мой Глеб ехать куда-то на мотоцикле, да ещё и с девушкой. Когда я покорно ждала его на вечеринке в честь нашего будущего ребенка. Устроенной его мамашей.
Только глупое сердце дергается и скачет у самого горла. Не дает сосредоточится и поверить в собственные мысли.
Сейчас я все выясню, успокоюсь. А потом мы вместе с Ниной Михайловной найдем Глеба.
- Подскажите, - обращаюсь к той самой суровой женщине за стойкой, - мне звонили из больницы. Говорят, что Глеб Орлов у вас. Я жена, - добавляю затем и в доказательство зачем-то сую ей в лицо правую руку с кольцом.
Она покидает свой наблюдательный пост и плюхается на рабочее место за компьютером, успев осуждающе посмотреть на мои оголенные плечи. И я невольно стараюсь повыше подтянуть лиф вечернего платья, неуместного здесь.
- Сейчас, минуточку... – цедит женщина. И не торопясь одним пальцем набирает фамилию. Жует губы, изучая информацию на экране.
Господи, как же долго! Я переминаюсь с ноги на ногу, пытаясь сдержать раздражение и не торопить ее.
Наконец, видимо, решив, что с полуголой девицы, отвлекающей её от важных дел, достаточно мучений, она бросает на меня тяжелый взгляд.
Почему-то от этого взгляда меня пробирает ледяная дрожь. Напрягаюсь в ожидании...
- Орлов поступал, к операции готовят его. – Я ожидаю услышать что-то подобное, только поэтому не падаю в обморок. - Тяжелое состояние, завтра узнавайте, как операция прошла.
- Подождите. Это другой Орлов, какая-то ошибка произошла… Это не мой муж, понимаете?
Я чуть ли не засовываю голову к ней в окошко. Будто через отверстие в оргстекле смогу доказать, что у них в системе что-то сломалось, и сейчас мне пытаются выдать за моего мужа какого-то бедолагу-байкера Орлова, разбившегося со своей подружкой на мотоцикле.
- Девушка-а-а, - тянет она, - ну вам же русским языком говорят. Орлов… - грузно перевалившись она заглядывает в монитор коллеги. - Орлов Глеб Николаевич, 30 лет. Не ваш что ли?
- Мой, - лепечу, прижав руки к груди, - то есть не мой… Мой муж не ездит на мотоциклах.
- Нет, Маш, ты слышала… - взрывается возмущением администратор, обращаясь к рядом сидящей коллеге. - Будто мы тут сидим, в носу ковыряемся и на людей наговариваем. Не ездит он у нее… Ездит и ещё как ездит!
- Не переживайте, - сочувственно вмешивается её соседка. - Вы пройдите к администратору, заберите его вещи, ключи и документы. Если не ваш, выясните. По коридору и налево.
Разворачиваюсь и несусь вперёд, не разбирая дороги. Грозная медсестра кричит мне вслед что-то про бахилы, но мне не до этого.
Запутавшись в переходах больницы, в панике сворачиваю не туда. Мечусь, как заяц, пытаясь найти нужную мне дверь.
- Простите, где можно забрать вещи больного? - Бросаюсь к первому попавшемуся мужчине в белом халате.
- Налево, потом по узкому коридору проходите, - начинает рассказывать он мне, и тут же отвлекшись, начинает кричать на кого-то за моей спиной. - Куда вы везёте пациента? К лифту и в операционную, вам было сказано, а вы его по всей больнице катаете!
Развернувшись, он уходит, на ходу ругаясь на то, что понабрали интернов без мозгов.
Я инстинктивно оборачиваюсь, чтобы увидеть источник его раздражения и обмираю.
Мимо меня проплывает искорёженное кровавыми царапинами и гематомами, лицо Глеба.
5. Где были твои шипы?
Ворчливая женщина из приемника, проходя мимо, недовольно цокает:
- Орлова, вы вещи мужа забрали? Это в другой стороне, что вы здесь делаете? - и добавляет, покосившись на мои нарядные замшевые туфли. - Лазите тут без бахил.
- Простите, - отвечаю, уставившись в точку перед собой.
Что-то в моем лице настораживает её. Удивленно вытаращившись, она пытается проследить за траекторией моего взгляда. И вдруг смягчается
- Ладно, пойдём, провожу. А то натопчешь ещё больше.
Пока меня, оглушенную временным приступом слабоумия, ведут больничными коридорами, стараюсь упорядочить мельтешение в голове.
Глеб называл какой-то адрес. Кирова-чего-то-там. Конечно, шоком давно выдуло информацию. Даже под пытками не вспомню цифры.
Но какого дьявола он залез на убийственный байк? Да ещё и не один...
Он уходил из дома в костюме, он исполнительный директор модного дома...
Столько вопросов, а ответы на них знает только сам Глеб. И даже, будь он в порядке, не уверена, что смогла бы задать их. Слишком чудовищными могут оказаться ответы.