Отчаяние заставило обнять себя за плечи, я чувствовала, как рёбра изнутри распирает застрявшим воздухом. Горечь во рту, холодная оторопь и невероятная тоска заставляли выть. Почти беззвучно, неслышно, но адски больно прорывались всхлипы наружу. Вот как выглядит тотальная растерянность и беспомощность.
Не успела окончательно впасть в отчаяние, моя дверь за спиной открылась, я тут же мышью юркнула вовнутрь. Сжавшись в комок, пригнув голову я чуть ли не расплакалась от счастья, что пытка позором закончилась.
Меня от унижения просто расплющило. Поймала себя на том, что зажимаю рот руками и тихонько вою. Максим заглянул в лицо, хрипло, страшно прошипел:
— Понравилось?
Я смотрела в глаза этому человеку и не верила, что это мой муж. Сколько превосходства было в его взгляде, как он упивался собственной властью. Я как будто ружейным залпом выскочила из сказки “Синяя борода”, заглянула за проклятую дверь. Какой же наивной дурой я была!
С ума сойти, ещё утром, пока крутилась перед зеркалом, я так радовалась, что увижу мужа. Представляла его глаза, так надеялась увидеть, как он обрадуется мне. Оценит, какая я красивая.
Сейчас на меня смотрели совершенно чужие глаза. Жестокие, беспощадные.
Этот мужчина за несколько минут убил во мне не то что чувства, какие там чувства, всё разбилось вдребезги, ещё днём, когда я узнала о предательстве. Во мне только что умерло доверие к нему. Вот этот человек, от которого я родила ребёнка, от которого ношу ещё одного, только что заставил меня испытать такой страх, такое унижение!
Где были мои мозги, как я до сих пор не разобралась, с кем живу. Вернее, жила. Сегодня мой брак разрушился как песочный домик.
Максима, казалось, моё состояние очень даже обрадовало. Он прям сиял, как здорово он со мной справился. Только теперь он и предположить не мог, что я тоже стала другая. Во мне как лопнула невидимая ниточка, сдерживающая плохую Дашу внутри меня. Теперь я точно уйду от него. Чего бы мне это не стоило.
— Ну что, Даша. Как вижу, урок пошёл тебе на пользу. Забудешь навсегда, как устраивать скандалы, да?
Он ждал ответа, я стояла натянутой струной, опустив голову и спрятав лицо в руках. Урок, говорит? Да, это точно. Назвал собственного сына довеском. Теперь я знаю цену всей его заботе о нелюбимой жене и о довеске. Того, что произошло, я не забуду никогда. И теперь я буду осторожна.
С таким лицемером надо вести себя аккуратно. Он ведь только сегодня проявился с той стороны, о которой я даже подумать не могла! Расскажи знакомым, что вытворял Максим, чувствуя свою безнаказанность, никто не поверит. На людях он такой сдержанный, вежливый, милый, можно сказать. А на деле…
— Ты поняла или нет, что никому не нужна? Как только ещё раз заикнёшься о разводе, выкину в чём есть за дверь. Матвея матери отдам. Ну, чего молчишь? От страха язык проглотила?
Точно. Я только что поняла, что не нужна никому, и моя жизнь зависит только от меня самой. В какую пропасть себя и своих детей столкну, если останусь рядом с этим жестоким человеком поняла особенно хорошо.
Бежать надо и как можно скорее. Урок и вправду пошёл мне на пользу. Я обошла Максима, отправилась в ванную умыть лицо. Голова гудела, кружилась, мне было очень плохо. Тем более я вспомнила, что ничего не ела.
Зачерпывала тёплую воду ладонями, швыряла пригоршнями в лицо, заставляла себя успокоиться. Нельзя же столько плакать, это для маленького плохо. Не глядя потянула полотенце, промокнула лицо, взглянула в зеркало и вздрогнула. За спиной стоял Максим, смотрел через зеркало мне в глаза. Надоел, скотина, воспитатель чёртов.
Повесила полотенце, хотела выйти из ванной, он преградил путь, уперев руку в стену возле моей головы:
— Мы не договорили.
— Дай пройти.
— Никуда не пойдёшь, пока я не разрешу, поняла?
Я уже ничему не удивлялась. Ковалёв закусил удила, теперь его понесло. Но и я, вероятно, прошла точку невозврата. Сделав вид, что мне не страшно, хотя именно сейчас меня парализовало от страха, спокойно подняла лицо:
— Пошёл к чёрту, Ковалёв.
Толкнула его плечом, отправилась на кухню. Смотрела на гору посуды на столе, ворох коробок, кучу пакетов оставшихся после неудачного ужина с его мамашей. Открыла пластиковый контейнер, так, что это? Утка по-Пекински, в другом тушёные овощи, ещё была картошка фри. Вот и отлично. Мне вдруг захотелось всего сразу. Устало села за стол, потянула ломтик картошки, жевала, вкуса не почувствовала.
— Вот даже сейчас ты жрёшь то, что принёс в дом я! Пойми же ты, женщина без мужа никто и ничто — добытчик семейных благ сел напротив, провожая глазами каждый кусочек, что я запихивала в рот.