Что подумают обо мне люди? Что скажут родители и знакомые? Какая разница, что они скажут, если это моя жизнь? Почему их мнение меня так волнует? Я не хотела этого.
Нет больше идеальной картинки, холст оказался гнилым. Я убила свою молодость зря, оставляя в памяти и на языке горький привкус печали.
Одно мгновение, и мои губы прижимаются к чужим, впиваясь до боли. Хочу, чтобы он забрал эту боль. Не хочу задыхаться в своей обиде самостоятельно. Я и сама не поняла, как это произошло, лишь руки мои успели запутаться в шелковистых коротких волосах. Алрой мгновенно ответил на поцелуй, яро сминая мои губы. Он брал от меня всё, что забрали года, стараясь выжать из моих губ последние капли яда. Наши губы сплелись в диком танце, оставив на языке солёный привкус. Алрой приподнялся, сжимая ткань на моей талии до громкого треска, что отрезвил. Я отодвинулась от мужчины так же резко, как и прилипла. Стираю с щёк горячие слёзы, стараясь восстановить сбившиеся дыхание. Привкус соли был от меня, и я не могла понять, почему слёзы застелили глаза.
- Почему ты плачешь? - тихонько поинтересовался мужчина, прижимаясь своим лбом к моему. - Камилла, почему? Я сделал тебе больно?
Хотелось сказать, что никто и никогда не сделает мне больнее, чем я сама, но я лишь открыла рот, в тихой надежде, что ответ вырвется из уст сам по себе. Тишина могла убить нас. Я плачу, потому что потерялась в своих гадких мыслях. От ответа меня спас неожиданный звонок в дверь, отчего я отскочила от Алроя в сторону, нырнув обратно под одеяло.
- Чёрт. - едва слышно выругался брюнет, осторожно подавая мне мои вещи. - Не смотри на меня, как на врага, Камилла. Между нами ничего не было. Я бы не стал пользоваться твоим вялым состоянием. - закатил голубые глаза Алрой, уходя из комнаты.
Я ему верю. Мигом вскакиваю с места, неуклюже натягивая костюм на своё тело. Приглаживаю волосы ладонью, стараясь привести себя в человеческий вид. Присаживаюсь на край кровати, словно это не я валялась здесь всю ночь, и кладу ногу на ногу, придавая себе безразличный вид. Кто решил прийти к Алрою в такое время? Который вообще час? Девушка, может к нему пришла любовница? Какая девушка, если он говорил, что однозначно выберет меня? Но, такой красивый мужчина не может быть обделён женским вниманием.
- Отвали! Я же просто заберу свои блокноты! Кого ты там прячешь?! Дай пройти! - вдруг послышался шум по ту сторону двери.
Секунда, и в комнату вваливается молодой человек, который замирает при виде меня. Я и сама застыла с испуганным выражением лица, словно передо мной стоял призрак. Громкий треск заставил его испуганно обернуться на Алроя, что сжимал в ладони рукав от красной рубашки парня. Уже знакомый синеволосый мужчина изумлённо перевёл свой растерянный взгляд на меня, отчего я тяжело сглотнула ком в горле. Дерьмо. Журналист.
- Он только что порвал рукав моей новой рубашки? - зачем-то спросил очевидное журналист, который писал статью о том, что у меня с мужем всё просто замечательно.
Я нехотя кивнула, а после неловко прокашлялась, понимая, как абсурдно всё выглядит со стороны. Я просила его прикрыть мою семью, а сегодня сижу в квартире другого мужчины на мятых простынях. Но между нами ничего не было. Почему я об этом думаю? Это его не касается. Наши с Алроем взгляды встретились, на что тот лишь бодро улыбнулся, словно говоря о том, что мне не о чём переживать. Ему хотелось верить, расслабиться в его присутствии.
Этот мужчина вызывал во мне странные чувства. Желание близости, страх обжечься и чертову вину, что беспощадно пронзала лёгкие.
- Ладно, черт с рубашечкой. Ты купишь мне три новых. Она... - вновь послышался удивлённый голос Тайлера. - Что здесь делает миссис Райли?
- Сидит. - как ни в чём не бывало отозвался Алрой, осторожно кладя оторванный рукав обратно на плечо Тайлера. - Слушай, ты, кажется, пришёл за блокнотом. Давай в другой раз, я сейчас его не найду. Иди домой.
- Что здесь делает...?
- А что ты здесь делаешь? - вмешалась в разговор я, продолжая сидеть на чужой кровати, перебивая любопытного журналиста.