— И какой дальше план? — спрашивает Ваня, пока дочка отвлекается на игрушку.
— Это ты мне скажи. Чего ты хочешь? От меня. От нас.
— То же, что и вчера.
— Вань, это не минутная прихоть, — голос дрожит. — Ты понимаешь? Ты исчез на полгода. Перед этим изменил мне. А теперь вот это… Это выглядит странно. Тебя любовница бросила? Или совесть спать не даёт? Откуда мне знать, что после сегодняшнего визита ты опять не исчезнешь? Как я могу тебе верить?
— Никак, — отвечает. Касается моей руки, но я сразу её отдёргиваю. — Ты не можешь мне верить. Ты можешь только дать мне шанс искупить вину.
— А потом разбираться с выжженной землёй, которую ты после себя оставишь? Диана маленькая, но она всё чувствует. И ей не стоит привыкать к тебе, если ты не уверен, что готов стать для неё настоящим отцом.
Начав этот разговор, чувствую, что меня начинает заносить. Слишком долго внутри копились обиды. И сейчас мне хочется сказать Ване всё, что он заслужил. Но звонок в дверь заставляет замолчать.
— Мама знает, что ты здесь, — вздыхаю тяжело. — Наверное, приехала с проверкой.
Спускаюсь вниз, собираясь с моральными силами, чтобы выдержать ещё и мамино вторжение. На чью сторону она встанет можно даже не гадать. Но, открыв дверь, вижу совсем не её.
Глава 9
На пороге стоит Толя. Выглядит одновременно решительным и взволнованным. Не успеваю ничего сказать, как он, отодвинув меня в сторону, заходит внутрь. Быстро осматривается, а потом, развернувшись, утягивает меня в объятие — такое сильное и требовательное, что перехватывает дыхание.
— Толя, — пытаюсь осторожно высвободиться, смущённая и его появление и тем, что он делает. — Отпусти, пожалуйста.
— У тебя всё в порядке? — Он немного остраняется, но его руки всё ещё сжимают мои плечи. — Нужна помощь?
— Нет, — отвечаю удивлённо. — Всё нормально.
— Я видел, что приехал твой муж. Мы вчера говорили о том, что он может испортить тебе жизнь. Если нужна помощь, то скажи. Я не позволю ему забрать Диану или причинить тебе боль.
— Толь, — говорю, как можно спокойнее, — всё нормально. Он просто приехал поговорить и повидаться с дочкой. — Сама не верю, что защищаю Ваню, но реакция Толи кажется чрезмерной.
Хотя и приятно, что он так о нас переживает.
— Хорошо, — выдыхает он. И снова меня обнимает. — Знай, что я рядом, и ты всегда можешь обратиться ко мне за помощью.
В этот момент позади раздаётся нарочито громкий кашель. Вздрогнув, мы оба оборачиваемся, замечая Ваню.
— Может, познакомишь меня с тем, кто решил, что обнимать мою жену, — раздражённым тоном он выделяет последние слова, — хорошая идея.
Для меня его слова как пощёчина. Я уже давно не его. И не хочу ею быть. Какой право он вообще имеет так говорить?
— Заходишь сюда, как к себе домой, — добавляет Ваня, обращаясь к Толе. — Ничего не попутал?
Толя за моей спиной ощущается как скала. Нет, как грозовая туча, заряженная молниями. Его ладони, ещё секунду назад такие теплые, становятся холодными, будто вся кровь от них отлила.
— Анатолий Гусев, — цедит он, не выпуская меня из своих рук.
— Иван Грязев. Муж Инги, — не торопясь, Ваня подходит к нам. — Надеюсь, ты сюда случайно забрёл. И легко найдёшь дорогу обратно.
— Стоп! Хватит! — выкрикиваю я, вырвавшись из объятий Толи. Обернувшись к нему, прошу: — Пожалуйста, уходи. Мы… Мы позже поговорим.
Нехотя, но тот кивает и отступает к выходу.
— Я потом позвоню.
Как только Толя уходит, Ваня обращается ко мне:
— Не думал, что ты…
— Где Диана? — перебиваю его, только в этот момент осознавая, что он спустился вниз без дочки.
— Я её на кровать положил. Не уходи от темы…
— На кровать⁈ Ваня, она уже умеет переворачиваться и начинает ползать! Её нельзя оставлять на кровати одну! Она может с неё упасть!
Бросаюсь к лестнице, пулей взлетая наверх. Диану обнаруживаю сидящей в середине кровати. Дочка куксится, ей явно не нравится, что она осталась одна, но хотя бы опасность ей не грозит. Беру её на руки.
— Инга… — Ваня заходит в комнату.
— Уходи, — оборачиваюсь к нему. — Просто уходи.
Смотрит мне в глаза, и наверное в моём взгляде видит достаточно, чтобы не спорить.
Захлопнув за ним дверь, прислоняюсь спиной к холодному металлу. В ушах звенит. То не было ни одного мужчины в моей жизни, то сразу два. И у каждого, похоже, свои цели и свои мысли насчёт меня. Нет, это всё слишком.
— Ну что, малышка, — шепчу дочке, — вот мы и остались с тобой вдвоём. И нам так лучше, правда же?
Ближе к обеду в тишине дома резко щёлкает замок, и входная дверь распахивается.