— Как так? — удивляется. — Хочешь кота в мешке моему сыну подсунуть?
Хмыкаю. Речь о моих дочерях. Конечно, личной ценности в них немного, и всё же они — мои законные наследницы. Какие ни есть, а с ними вдогонку идёт немало бонусов. Зурабу это известно. Так что сравнение с котами тут не к месту.
— Поступим непринуждённо. Через две недели я с семьёй отправлюсь в Сочи. Небольшой отдых, плюс заеду на один объект. Предлагаю тебе с сыном тоже присоединиться. Встретимся невзначай.
— Что-то я не понимаю, — бормочет Зураб. — Предлагаешь подстроить свидание? Зачем? К чему такие танцы с бубнами?
— Ты давно был в Сочи? Там сейчас очень активная застройка. Мне предлагают вложиться в один проект. Тебе он тоже наверняка понравится.
Посопев в трубку, Абашев, наконец, сдаётся:
— Ладно. Салавату не помешает начать входить в курс дела.
— Именно, — улыбаюсь. — Заодно «случайно» познакомится с моими дочерями. Всем пойдёт на пользу.
Зураб смеётся:
— Ловко ты придумал! Ловко! Но на наш уговор это же никак не влияет?
— Нет, — отвечаю, не раздумывая. — Сделка есть сделка.
— Хорошо, Расул. До встречи сегодня в пять. Обсудим остальные детали.
— Обсудим. До встречи.
Следующий вызов поступает немедленно после того, как я заканчиваю разговор с Абашевым.
— Расул Гамзатович, здравствуйте. Простите, что тревожу, но у меня опять неприятные новости.
— А с приятными ты мне никогда и не звонишь, Пётр.
Пётр Рудольфович Спелицкий — главврач психиатрической лечебницы. Хотя порой создаётся полное впечатление, что он уже сам немного «того».
— Вы просили сообщать лично, если возникают какие-то проблемы, — оправдывается доктор.
— Что на этот раз? — мне совершенно некогда выслушивать его очередные жалобы, что обеспечения не хватает, что где-то опять требуется ремонт, что неплохо бы немного добавить к той сумме, которую я и так посылаю ему каждый месяц.
Полагаю, этот старый жлоб ни копейки не вкладывает в больницу. Впрочем, мне абсолютно наплевать, как он распоряжается деньгами. Лишь бы делал свою работу.
— Сегодня ночью у неё опять был приступ, — дрожащим голосом говорит Спелицкий. — Она требует вернуть ей ребёнка. Разумеется, мы приняли меры. Но подписывать бумаги она до сих пор отказывается.
— Я не тороплюсь, — отвечаю, рассматривая пейзаж за окном. — Рано или поздно все ломаются.
— Но уже два года прошло…
— Значит, старайтесь лучше. Или у тебя есть иные предложения?
— Нет… нет… Я просто… Ставлю вас в известность о происходящем… — мямлит Пётр.
— Если это всё, то предлагаю завершить разговор.
— Ещё кое-что! — выпаливает главврач, когда я уже намерен окончательно с ним попрощаться. — Есть одно хорошее импортное лекарство. Правда, дорогое…
— Направь чек мне на почту, — сухо отрезаю я.
И сразу сбрасываю сигнал.
Некогда выслушивать всю эту пустую лирику. Я нанял Спелицкого не для того, чтобы скармливать своей бывшей секретарше Марие всю имеющуюся на рынке фарму. Ей всего-то нужно было подписать отказную на ребёнка.
Однако Мария оказалась крепче, чем можно было от неё ожидать. В больницу я её пристроил, но прояснения ума с ней всё-таки случались. Жаль, конечно. Но мне это было не к спеху.
Мой незаконнорожденный отпрыск рос припеваючи на достаточном отдалении от моей семьи. Он и был планом «Б», которым я мог бы воспользоваться, но лучше бы всё-таки обошлось.
Существовали и более благоприятные варианты развития событий. На них я и уповал.
А сейчас нужно было сделать короткий визит, чтобы поправить собственное здоровье.
Делаю ещё один звонок. На сей раз приятный.
— Привет. Ты уже едешь? — щебечет Анфиса.
— У меня будет полтора часа, — сразу предупреждаю я.
— У меня тоже времени немного, — смеётся. — Всё-таки я осталась почти на целую неделю одна. Работы невпроворот.
— Прекрасно. Через полчаса будешь на месте?
— Я уже тут. Не могла дождаться нашей встречи, — произносит Анфиса с придыханием. — Приезжай скорей… Я жду…
Непроизвольно улыбаюсь:
— Еду.
Глава 9. Арслан
Еле удалось заснуть.
Перелёт был недолгим, но каким-то особенно выматывающим. Находиться рядом с Кариной столько часов кряду — сложное испытание.
Нам всё-таки пришлось заселиться в один номер. Мы сразу разбежались по разным комнатам. Не знаю, как ей, но мне такое решение понравилось.
Долго не получалось сомкнуть глаз. Но, наконец-то, усталость победила. Я провалился в сон.