- Только не говори, что вновь думаешь о своем бывшем муже! – досадно покачал головой Руслан, протягивая мне бутылку текилы и я отпиваю немного, вернув обратно и зачарованно наблюдаю, как он запрокидывает голову и вливает в себя приличную порцию, но я что-то засмотрелась на его массивную шею и прихожу в себя, когда он самодовольно хмыкает. – Если мое тело способно тебя отвлечь от размышлений о том козле, то я не против простоять тут, хоть вечность, но мы приехали.
Я со стыдом замечаю, что действительно дверки лифта открыты и поспешила за Русланом, не понимая, что вообще творю. На маньяка не похож. Так, подожди, Агата, а откуда ты знаешь, как выглядит маньяк? Наличие счета в банке, которым сам владеешь и сногсшибательной внешности еще не залог приличного, воспитанного, без всяких отклонений порядочного гражданина, хотя мне сегодня уже выпала честь лицезреть его странности. Тем не менее, я надеюсь, что у него есть оправдание и на этот счет. Не похоже, что данный вид мужчин полезет в карман за словом.
Оказавшись на крыше, Руслан поспешно скинул пиджак с плеч, расстелив для нас и указав подбородком, присел на краешек, достав наконец-то фужеры, которые мы искали целый час из-за того, что Руслан сказал, что если собрался исправляться, то сделает это красиво и как положено. Удивительно, я на тот момент, когда мы ехали в такси, не могла представить, что он повезет меня не в ресторан, а на крышу обычного многоэтажного дома, но посмотрев перед собой, поняла, в чем дело. Часовая поездка стоила того, чтобы здесь оказаться. Недалеко от дома разбился парк, усеянный не только деревьями, но и большим количеством фонарей и сидя здесь, они были похожи на каких-то светлячков.
Заметив мой восторг, Руслан вложил мне аккуратно, наполненный фужер в ладонь, поясняя:
- Именно здесь я прятался от родителей, когда был ребенком. Лишь один раз мне удалось устроить ночевку на крыше. Я ни с кем не делился этим местом по одной простой причине, - я перевела взгляд на него, встречаясь с ним глазами. – Для всех я Руслан Цепин – сын влиятельного банкира, но никто из них не знает, что до 10 лет я был обычным мальчиком со двора, который любил не только лазить по крышам, но и деревьям, а за бабушкины драники готов был душу продать. Когда ты зарядила мне бутылкой, меня озарило прозрение.
Я расхохоталась, а он улыбнулся и тогда я вновь околдовалась этими восхитительными голубыми глазами, ведь в них не было холодности, которая открыто читалась при свете дня.
- Я серьезно, - настаивал Руслан, достав из пакета картошку фри и закидывая себе в рот, быстро пережевывая и повернувшись в сторону парка. – В бешенном темпе современного мира, я привык встречать лишь таких девушек, которые готовы продаться за пару тысяч долларов, но лишь тело, ведь интеллект обычно у них отсутствует.
- Или он тебя перестает интересовать, ведь ты уже залез в трусики, - поддела я, взяв бургер, и жадно откусила долгожданный кусок.
- Так – это мой рассказ и мой обряд извинения, - пожав плечами, не стала его перебивать, тем более набитый рот в этом значительно упрощал задачу. – Касаемо тебя. Я, скорее всего, сорвался на первом встречном, ведь в последнее время набралось огромное количество проблем. Опаздывал на важную встречу, но наше столкновение предотвратило эту сделку и теперь черт знает, как мне удастся договорится о повторной. Не бери на свой счет – вина полностью на мне, ведь если я… - Руслан помедлил и тяжело вздохнул, посмотрев на меня, и мое сердце пропустило удар от того, каким он выглядел ранимым и обезоруженным, - если бы я вовремя не затормозил, то последствия были бы плачевными. Один Бог знает, как бы я раскаивался, сожалел о том, что навредил невинной, чистой, доброй девушке… Я и так навредил.
Заметно, что его вина гложет, поэтому я решила пощадить мужчину. Прожевав, приставила указательный пальчик к его губам, останавливая бессмысленный поток. Основное я уловила. Он раскаивается. Я больше не выгляжу в его глазах охотницей за бабками, которая любыми способами хочет его окрутить. Не нужно делать из мухи слона.
- Закрыли тему, Руслан. Значит, мы находимся там, где было твое детство, - он кивнул, чмокая мой палец, и я убрала его мгновенно, но слишком мягко, чтобы он не обиделся. – Тогда за детство.