Обмениваться с Сати любезностями мне претит. Помешивая ложечкой мяту, я игнорирую её «дружескую» улыбку. И готова придушить Кристину за проявленную вежливость, когда она простодушно предлагает:
— Выпьешь с нами кофе?
Сати смотрит не на Кристину — на меня. Изменяя наглости, не оценивает и не щурится, но отказывается, не без флёра загадочности:
— В другой раз, спасибо. Часики тикают, а мне надо успеть в магазин в правом крыле. Ещё увидимся.
— Как хочешь.
Задеваю ногу сестры под столом, намекая «Не задерживай её». Это ведь не встреча трёх давних подруг.
— Она тебе не нравится? — недоумевает Кристина.
— Она любовница Руслана, — делюсь с ней неприглядной тайной. — Давай попросим принести счёт.
Мы выходим из «Европолиса» на парковку, не предпринимая попыток поговорить о Сати. В щекотливых ситуациях Кристина проявляет тактичность, мне же не даёт покоя та самая загадочность. В правом крыле этажа, где мы встретились, нет ряда магазинов. Там только спорттовары и кидс-шоп.
— Ева, ты домой? — отрывает от задумчивости Кристина. — Тебя подвезти?
— Спасибо, Кристин, нет необходимости. Сегодня в роли моего таксиста Паша, — шучу я, показывая на внедорожник, припаркованный за пешеходной дорожкой.
— Ладно, тогда созвонимся. Ну и чёрт…
Сестра всё ещё осмысливает информацию, я же перехожу дорогу и забираюсь на заднее сиденье намытой до блеска машины. Откидываю голову на мягкий подголовник и всю дорогу до дома прокручиваю кадры «совпадения». Пока от боли не начинает пульсировать затылок.
Мне неуютно. То жарко, то холодно — знобит.
Не разуваясь у порога, я бреду в свою спальню, не отвечая на звонок Руслана. Машинально раздеваюсь и, закутавшись в плед, ложусь поперёк кровати. Меня быстро клонит в сон. Рой тревожных мыслей сливается со звуками и бликами в единую полосу, плавно уплывая в темноту.
А затем… резкая встряска.
Свет бьёт по глазам. Я моргаю, пока размытый силуэт, сидящий рядом, не обретает очертания. Мне не нравится, что Руслан без спроса зачастил в мою спальню, поэтому, натянув плед до шеи, неприветливо шепчу:
— Что ты здесь делаешь?
Глава 16.
Ева
Господи, да что за дурацкая манера являться втихаря, когда жена практически раздетая? Лифчик из тонкого кружева и стринги одеждой не назовёшь. И плед, скрывающий наготу, — так себе защита. Руслан одет в деловой костюм, — а я? Относительно пристойного внешнего вида как-то несправедливо.
— Я звонил тебе несколько раз. Ты не брала трубку, — не с упрёком, но строго произносит он, когда я усаживаюсь на кровати. — Что за игнор, Ева?
Взгляд угольных радужек, окрашивающийся всполохами ночного бра, падает на приоткрывшиеся от движения лодыжки. Отчитывать меня по полной программе он имеет такое же право, как смотреть?
Не удерживаюсь от иронии:
— Да, несколько пропущенных звонков — веский повод вломиться в комнату.
— Я беспокоился. Очень.
— Обо мне? Не стоило, — отмахиваюсь, и не узнаю ставший гнусавым голос.
— Не язви. Тебе плохо?
Волнение захватывает от заботы, проскользнувшей в заданном вопросе. Руслан находится так близко, что я чувствую его мятное дыхание и как никогда осознаю уязвимость перед ним. Он прав — мне плохо. Во всех смыслах плохо. Но, придерживаясь принципов гордой девочки, скрываю за маской беззаботности то, что гложет и причиняет физический дискомфорт:
— Нет. У меня обычная простуда. Скоро пройдёт.
Наверное, «скоро» и «пройдёт» — не убедительный аргумент для него. Он проверяет лично, насколько незначительна простуда. Тянется ко мне и прижимает крепкую ладонь к горячему виску.
— У тебя температура, Ева. Лекарство принимала?
Отрицательно мотаю головой.
И тишина. Как говорится, без комментариев.
Руслан молча берётся за край пледа и, потянув флис вниз, укрывает голые ступни. Его пальцы задевают пятку, от чего я невольно дёргаюсь. Ощущение такое, словно по телу пронёсся мощный ток. Он встаёт с кровати, не проронив ни слова. Но когда выходит из спальни, почему-то уверена, что до слуха долетает тихий мат.