Но так мне казалось до определённого момента, пока мы с Русланом не начали постепенно Но так мне казалось до определённого момента, пока мы с Русланом не начали постепенно сближаться. Неискушённая, я потеряла голову из-за мужа. А теперь то немногое, что у нас было, рушилось, как карточный домик, на глазах. Всё обрушилось в тот момент, когда её вопрос, словно нож, перерезал последнее, во что я ещё верила.
«Почему ты вчера не приехал?»
В ушах стоит её голос, и у меня по позвоночнику прокатывается холодок, стоит вспомнить, при каких обстоятельствах она выдыхала обиду.
Вчера была первая годовщина нашей свадьбы. Мы отмечали событие в ресторане, откуда Руслан не собирался уходить. Это её задело?
«Он тебя терпеть не может…»
Никак не могу избавиться от фразы, пропитанной ядом больше всего. Так ведь жалить способна только давняя соперница. Может, она появилась у него задолго до свадьбы?
От этой мысли хуже всего. Становится гадко, и хочется немедленно уехать домой. Без Руслана. Нужно просто вызвать такси. Что я и порываюсь сделать, когда дохожу до зала. Но сталкиваюсь на пороге с Кристиной.
— Ева, ты куда пропала? Я тебя везде ищу. Скоро закончится аукцион! — возмущается двоюродная сестра и тут же озадачивается: — А где Руслан?
«Развлекается с любовницей в подсобке», — так и хочется выплеснуть безысходную боль, но, сдерживая эмоции, вслух я произношу:
— Наверное, до сих пор обсуждает дела с Авдеевым.
— Он здесь, — Кристина показывает на пятый столик.
Приходится выдавить приветливую улыбку, потому что Авдеев оборачивается.
— Пойдём, присоединимся к Стасу, а то как-то неудобно оставлять его одного.
Неудобно. Так же, как оставаться на аукционе, ведь на людях надо держать лицо. Не думать о пустующем стуле рядом. Не думать о том, придёт ли вообще муж.
Проходит минут пятнадцать, в течение которых я с безучастным видом наблюдаю, как продают лот за лотом. Когда выносят коллекционную ручку, за столик садится Руслан. Невозмутимый, прекрасно собой владеющий после того, как отымел любовницу. Так и хочется расцарапать ему лицо! Но я обязана улыбаться мужу и той, кто нахально приземляется на последний свободный стул.
— Не думала, что ты приедешь. Привет!
Меня неожиданно добивает Кристина, радостно приветствуя «кошку». Второй шок. Сестра знает её?
— Ты пропустила самое интересное.
— Ну, хоть на аукцион успела, — она довольно мажет взглядом по Руслану.
— Ева, познакомься, — вдруг подключается к разговору Стас, — это юрист моей компании…
— Сати Минаева, — не дожидаясь продолжения, женщина представляется сама, не скрывая иронии в глазах. — Очень приятно.
— Мне тоже, — роняю вскользь, делая вид, что слежу за торгами, только бы избавиться от мучительной горечи, захлёстывающей с головой.
Выходит, они знакомы давно, ведь со Стасом Руслан работает больше года.
Муж накрывает мою ладонь своей, замечая отстранённость, а я стараюсь не смотреть ни на него, ни на неё. Противно. Оставаться спокойной в её злорадном присутствии — сложнее всего. Скорее бы дожить до завершения аукциона.
Но время, как назло, тянется бесконечно. Среди гостей идут азартные торги, в которые вступает Сати.
— Сто пятьдесят тысяч!
При каждом звуке мелодичного голоса болезненно сжимается диафрагма.
— Двести! — перебивает цену один из мужчин.
— Триста!
Она резко повышает стоимость, наступает трёхминутная тишина.
— Продано!
Ликование любовницы Руслана остаётся за кадром, я покидаю зал, как только заканчивается аукцион. Быстро иду к лифту, не замечая, что следом идёт он.
В машине мы не разговариваем. Даже не знаю, что ему сказать. Отвернувшись от внимательного взгляда Руслана, я сижу на заднем сиденье и созерцаю проплывающие за окном ночные огни. До самого дома. Пока поднимаемся на последний этаж, где расположена наша квартира — тоже молчу, украдкой наблюдая за мужем.