– Спасибо, – я улыбнулась ему и поспешила к лифту.
Все-таки очень удобно, что ребята сняли ресторан в отеле и Стас любезно оплатил всем гостям номера.
Громкая музыка, звон бокалов, смех гостей – все осталось за дверями лифта, на первом этаже отеля. Я посмотрела на себя в зеркало и наклонила голову набок.
– Да, Стас прав, я выгляжу сногсшибательно…
Поднявшись на свой этаж, я обратила внимание, что сынок уснул. Поэтому засунув ключ, я тихонько открыла дверь и прошла в номер, но услышав голоса мужа и сестры, остановилась в коридоре и прижалась спиной к стене.
Сердце бешено забилось, то ли потому, что я торопилась, то ли потому, что не понимаю, что здесь происходит.
– Что мы делаем? – проговорил муж.
Я затаила дыхание, чтобы не выдать свое присутствие, боясь даже моргнуть.
– Ты не любишь Юну, – тихо проговорила сестра, но я услышала каждое слово. – А я не люблю Стаса. Это замужество…
– После него ничего не изменится, – томно произнес Андрей. – Кольца на пальцах не помешают нам встречаться.
Кровь застучала в висках.
– Я хочу быть с тобой, не бросай меня только, – почти умоляюще сказала Даша, и на моих глазах проступили слезы.
Не могу поверить…
– Не брошу, ты что? В тебе растет мой ребенок…
Ребенок?
Сестра беременна не от Стаса, а от моего мужа!
Воздуха стало мало.
Мир вокруг треснул, разлетаясь на острые осколки, причиняя такую боль, что пришлось зажмуриться.
Самые близкие люди предали меня.
– Потерпи, – мучительно прошептал Андрей. – Когда-нибудь мы будем вместе. Я, ты и наш малыш. А пока продолжай выкачивать из Стаса деньги.
– Но мне опять придется ложиться с ним в постель, – капризно произнесла Даша, и я даже представила, как после этого она надула губы.
– Мне самому невыносима эта мысль, детка, но он ни о чем не должен догадаться. Это все для нашего безбедного будущего. Родишь, поживете немного и подашь на развод. Заберем у него половину имущества и свалим.
– А как же Юна?
Сердце замедлило темп.
– Да, мне нет дела до нее…
Тишина повисла в воздухе, гнетущая, тяжелая, длившаяся несколько мучительных минут.
Он не любит меня. Я ему больше не нужна…
Слезы потекли по щекам.
Я осторожно выглянула из-за угла и…
Все окончательно оборвалось.
Андрей. Мой муж. Человек, которому родила сына.
И Даша. Моя сестра. Самая родная, близкая…
Они слились в поцелуе.
Ее руки нежно обвились вокруг его шеи, его ладони лежали на ее талии, прижимая к себе, а их губы жадно двигались, пытаясь насытиться.
Меня затрясло.
Предатели!
За нашими со Стасом спинами крутят роман, строят планы, используют…
В этот момент сын зашевелился и громко заплакал.
Андрей и сестра вздрогнули и резко обернулись. Их лица исказил страх. Секунду они просто смотрели на меня, как воры, пойманные за преступлением, а потом Даша первая вышла из оцепенения.
– Юна… – ее голос дрогнул. – Это не то, что ты думаешь…
Я почти усмехнулась.
– Правда? – прошептала я, качая малыша, пытаясь его успокоить, хотя сама едва стою на ногах. – А что же это тогда?
Андрей сделал шаг ко мне, протягивая руку, но я отстранилась.
– Послушай, все не так, как кажется, – быстро заговорил он. – Это была… ошибка. Что ты услышала?
– Достаточно, чтобы увидеть ваши истинные лица, – сказала с горьким смешком.
Сестра бросила на Андрея взгляд, полный паники, но он продолжил:
– Я… я… Ты знаешь, я люблю тебя.
Я посмотрела на него, и перед глазами пронеслись все моменты нашей с ним жизни. И мне все стало ясно.
Он никогда не любил меня.
Любила только я…
– Выйдите, мне надо переодеть сына, – мой голос прозвучал твердо.
– Юна, – пропищала сестрица.
– Выйдите. Оба. Немедленно.
Сестра снова открыла рот, но увидев выражение моего лица, замолчала.
Первым вышел Андрей, нервно зачесывая волосы назад, а за ним и Даша.
Не удивлюсь, если они продолжат в коридоре…
Когда дверь захлопнулась, я положила сына на кровать и принялась менять подгузник.
Пытаясь при этом принять факт, что у меня больше нет мужа…
Глава 3
Когда я вышла из номера, Андрей перегородил мне путь.
– Не делай глупости, Юна. Мы дома со всем разберемся.
Я вскинула голову и посмотрела прямо в его глаза. Глаза человека, которого любила. Которому доверяла. И что я увидела?
Страх.
Но не вину.
– С чем? С беременностью сестры?
Его челюсть дернулась, будто он сдержал желание заорать.