1 глава
— Антон, - в кабинет заглядывает Константин Эдуардович, основатель и руководитель юридической фирмы «Правосудие».
Я вскидываю голову, отложив карандаш. Не люблю, когда отвлекают от работы, но раз пришел шеф, значит по серьезному делу. Просто так он не будет тратить свое и мое время.
— Тут дело серьезное, - шеф чешет бровь, замирает рядом со столом. – Нужно проконсультировать одного человека по разводу.
— У меня… - мельком бросаю взгляд в ежедневник, где расписана каждая минута. – Есть полчаса, дальше мне нужно уйти на встречу с клиентом. Может, запишем его на другой день?
— К тебе попасть очень сложно, - усмехается Константин Эдуардович. – Это мой хороший знакомый. Полчаса для первичной консультации хватит. Ужин за мой счет.
— В каком году мы с вами поужинаем? – ехидничаю вставая. Подхожу к напольной вешалке, беру пиджак, смотрю на начальство. – Вы мне еще обед должны за развод вашей сестры.
— Придется рассчитаться деньгами. Он в переговорном зале.
— Хорошо, - беру со стола рабочий планшет, куда вношу заметки для дела.
То, что у меня нарисовывается новый развод, догадываюсь сразу. Причем непросто развод, раз за друга просит сам Шаков. Вообще мне не нравится, когда люди пользуются связями и влезают на консультацию без предварительной записи. Такие люди почему-то считают себя особенными, важными и сидят с таким видом, будто им все должны.
— Здравствуйте, - цепляю вежливое выражение лица, заходя в переговорный зал.
Мужчина, сидящий за столом, при моем появлении встает. Первое, что бросается в глаза – его внешний вид. Сшитый на заказ костюм из дорогой ткани. Дизайнерские часы из лимитированной коллекции. Уложенные волосы, кажется даже ветер не способен навести шухер на голове. С виду производит впечатление уверенного в себе человека, но стоит заглянуть в глаза, как весь образ серьезного человека сыпется как карточный домик. Он явно чего-то боится. Взгляд его начинает метаться из стороны в сторону, чаще всего задерживаясь на двери. Он будто ждет, что сейчас кто-то зайдет и нарушит его планы.
— Клинский Антон Викторович. Константин Эдуардович попросил вас проконсультировать по поводу развода.
— Поклонский Олег Михайлович. Очень приятно. Да, по поводу развода, - кладет руки на стол, мнет свои пальцы, тем самым показывая свою нервозность.
— Ах да, - Поклонский что-то вспоминает, роется в своей сумке, достает тонкую папочку и протягивает ее мне. – Тут свидетельство о браке, брачный контракт, заявление о разводе. Я хочу развестись, потому что устал.
— Устал? – беру папку, бегло просматриваю предоставленные документы. Ничего особенного. Контракт нужно подробнее изучить, но сейчас на него нет времени.
— Да, - понижает голос, подается вперед. – Понимаете, когда я женился, я еще не знал, что мы будем жить с семьей моей жены, а там полный матриархат. За три года, что мы в браке мне до чертиков надоело ходить по струнке перед тещей и ее матерью. Но…
— Но? – поднимаю на Олега Михайловича глаза, слегка изогнув бровь.
— Они столько крови моей попили, что не хочется уходить с пустыми руками.
— Понятно, - киваю, начинаю читать первый лист брачного контракта. – А что ваша жена?
— Жена? – Поклонский почему-то удивляется. – А что она?
— Как она относится к вашему желанию развестись? – мельком кидаю взгляд на наручные часы, стрелки вызывающе мне указывают, что скоро я должен завершить эту консультацию и идти на важную встречу.
— Никак.
— То есть?
— Она не знает, что я хочу с ней развестись.
Откидываюсь на спинку стула, внимательно смотрю на Поклонского. Что-то мне подсказывает, что я целенаправленно лезу в какие-то ненужные мне проблемы. Проблемы я не люблю, от них всегда болит голова.
Беру в руки свидетельство о браке. Поклонский Олег Михайлович. Тридцать лет. Родился в области. Шубина Елена Алексеевна. Двадцать лет. Родилась в столице. Брак заключен три года назад. То есть девчонке было восемнадцать, а Поклонскому двадцать восемь. Говорят, любовь живет три года. Похоже, в этой паре именно так и случилось. Прошли чувства со стороны мужа. Может другая появилась, где любовь цветет во всей красе
Фамилия Шубиной крутится в голове, но никак не могу понять, откуда я ее знаю.
— Я хочу выйти из этого брака с минимальными потерями. Нет, я хочу выйти из него с приличной компенсацией, несмотря на контракт. Уверен, там не все прописано.
— А вы когда его подписывали, не читали? – вновь смотрю на копию брачного контракта.
— Мельком, как и сейчас. Я слишком волнуюсь, чтобы вникать в юридические тонкости. Его ведь можно оспорить, если что? – на меня смотрят с такой надеждой, что становится не по себе от такой возлагаемой ответственности.