— Кстати, - сестра меняет позу и полностью разворачивается ко мне. – Где будет Лена спать? С тобой в одной кровати?
— У нас не настолько близкие отношения, - твердо произношу, а у самого все горит в груди от внезапных воспоминаний, как мы вместе спали. Пусть и целомудренно.
— Я могу спать на диване, - робко вставляет свое слово Шубина. – Я съеду при первой возможности. Извините за предоставленные неудобства.
— Еще чего, - фыркает сестра. – У Антона огромная двуспальная кровать, для одного она слишком большая.
— У тебя тоже двуспальная кровать.
— Но на пятнадцать сантиметров уступает твоей.
— Можешь гостье уступить кровать, а сама спи на полу, тебе не привыкать так спать.
— Да щас, разбежался, - в меня летит диванная подушка, возможно, Мия бы и устроила шутливую потасовку, но звонят в дверь. Сестра с криком туземца несется забирать заказ.
— У вас милые отношения, - с какой-то грустью замечает Шубина. – И спасибо, что приютили. Я, правда, отплачу позже.
— Не думай пока об этом. Будем решать проблемы по мере их поступления. В любом случае у меня тоже есть кое-что на твоего мужа, что может повлиять на отношение твоей бабушки к нему. Но мой тебе совет, учись быть независимой. Подумай пару дней, чем ты можешь себе помочь, чтобы обеспечить себя по всем фронтам. Знаю, это пугает, ведь выйти из зоны комфорта сложнее всего, но поверь, когда ты почувствуешь свою самостоятельность, уверенность в себе, тебе будет абсолютно плевать на настроение бабушки и мамы.
— Умом понимаю, но… – девушка прикладывает ладонь к груди. – Тут мне безумно страшно. И знаешь, я искренне завидую Мии, что у нее есть такой замечательный брат.
— Не такой я уж и замечательный…
— Истину глаголешь, - появляется Мия с пакетами. – Это он с виду няшка, а на деле самый настоящий домашний тиран и зануда, но он тот, кто никогда не даст в обиду, - садится на диван, пакет с курочкой ставит на столик.
Вздыхаю, беру большой пакет с продуктами, иду в зону кухни и раскладываю все по местам. Вернувшись к дивану, Мия мне протягивает банку. Девушки с аппетитом едят, в то время, как я просто за ними наблюдаю. Пару раз встречаюсь глазами с Еленой, она смущается и спешно отводит взгляд в сторону. Вот смотрю на нее, с трудом представляю, как она будет самостоятельно со всем справляться. Таких воздушных мечтательниц, любящих рисовать воздушные замки, нужно оберегать и защищать. Как редких видов бабочек.
— Кажется, она спит, - тихо замечает Мия, толкает локтем меня в бок. Я выныриваю из своих мыслей, замечаю, что Шубина действительно спит, положив голову на руки, лежащие на коленях. – Разберу постель, ты ее перенеси.
Спорить с сестрой бесполезно. Я бы оставил Елену, не трогал. Мне совершенно не нравится чувства без названия, которые она во мне пробуждает, стоит нам пересечь невидимую границу, коснуться друг друга. Либо в Шубиной действительно есть, что меня цепляет, либо я слишком долго без отношений, что остро реагирую на ту, кто волей-неволей контактирует со мной.
Мия взглядом призывает действовать, я обреченно встаю, подхожу к спящей девушке. Аккуратно беру ее на руки, отмечая, какая она легкая. Елена не просыпается. Несу в комнату сестры, укладываю на кровать ближе к стене. Не секунду задерживаю взгляд на полураскрытых губах, меня окатывает горячей волной, сразу же резко отстраняюсь и ухожу. Все же снять номер в отеле была хорошей идей.
8 глава
Проснувшись, не сразу понимаю, где я. Несколько секунд смотрю в потолок, моргаю, пытаясь выстроить хронологию вчерашнего дня. Лучше бы не вспоминала, не пришлось сейчас с головой накрываться одеялом.
Видимо мое возвращение совпало с плохим настроением бабушки. Олег уже успел выслать ей фотографии, где я с Клинским и, наверное, сочинил свою версию наших отношений с адвокатом. В любом случае мне сказали много такого, чего я бы предпочла не знать. Мама, как обычно, заняла нейтральную позицию. В итоге я сказала, что с изменщиком не собираюсь ничего сохранять, так как уважаю себя. Бабушка указала на дверь, предупредив, что раз я имею собственное мнение, то должна иметь собственные возможности себя содержать. Ожидаемо мои карточки за минуту заблокировали. Позволили только вещи собрать.
Куда я могла податься? Я, живущая двадцать лет под крылом бабушки и мамы, внезапно оказалась на улице ни с чем. Без денег. Без понимания, куда пойти, у кого попросить помощи. Это страшное чувство на самом деле. Словно выбросили за ненадобность. Был момент, когда я готова была ползти к бабушке на коленях и просить прощения. Я понимала, что так спонтанно начинать самостоятельную жизнь не в состоянии. Мне стоило позаботиться о финансовой подушке, тщательно продумать план на будущее. Увы, одно дело ты представляешь, как будешь жить одна, другое дело, когда ты внезапно оказываешься одна перед кучей трудностей. Конечно, в такой момент захотелось оказаться возле человека, который все про все на свете знает. И единственный человек, который подходит под такой критерий, был Клинский.