– Я обдумал все. Согласен. Вот договор на доверительное управление, – протягиваю ему бамаги, – и плюс к этому мои юристы подготовят брачный контракт, по которому все имущество, приобретенное до брака, а также все, что получено от использования этого имущества впоследствии в период брака, не подлежит разделу.
Отец Юли зааплодировал мне и усмехнулся:
– Я рад, что ты согласился, и что ты подходишь к свадьбе с трезвой головой. И с юристами!
– И я бы хотел ознакомиться с вашим завещанием.
– Ну что ж: браво! Я не прогадал. Сантиментов в тебе ни на йоту! И это хорошо. Будем знакомиться с невестой.
Мы сыграли свадьбу через месяц. Ключевое слово – «сыграли». Мне казалось, что это такой фарс, я отстраненно наблюдал за всем будто со стороны. Как вдруг фотограф попросил поцеловать невесту. Я повернулся к ней, и с удивлением увидел, как она тянется ко мне за поцелуем. Столько доверчивости и открытости было в ее жесте, что я не выдержал и притянул ее к себе, впился в нежные губы.
Листаю файлы. Вот и фото поцелуя. Рядом довольные родители. Мы сделали все, как надо.
Через две недели отца Юли не стало, он ушел со спокойной душой наверняка.
Брачный контракт был готов только на следующий день после его похорон.
Отчего то мне очень не хотелось видеться со своей так называемой женой. Может тот факт, что первую брачную ночь я провел с какой-то неизвестной девицей. Решил тогда, что друг подослал ко мне эскортницу, поблагодарил его, а он послал меня, что я разбудил его с утра со своими фантазиями, и сказал, что никого не посылал. Думал выяснить у девочки кто такая, вернулся в номер, а ее след простыл. Зато молодая «жена» превратилась за ночь из мягкой доверчивой девочки, что тянулась ко мне за поцелуем, в холодную льдышку.
Так что с контрактом я отправил к ней помощника. Тот вернулся в некотором шоке, заявив, что она все подписала, не читая.
Меня это устраивало. Проверенный нотариус заверила наши подписи.
И я практически забыл про наш брак. Пока мне не позвонил исполнитель завещания Крапивина:
– Добрый день! Александр Александрович! Хоть завещание Крапивина Виктора Андреевича полностью исполнено, но я его старый друг, и он меня просил сообщить его дочери о том, что она наследница в ее двадцатипятилетие. Я знаю, что вы женаты на Юлии Викторовне, а также именно вы доверительный управляющий его пакетом ценных бумаг. Я ознакомился с вашим отчетом об управлении. Впечатляющие результаты!
– Спасибо, хорошо. Один вопрос. Юлия Сергеевна не знала об этой части наследства?
– Ну если вы не говорили ей, то вероятно нет. Потому что всего было два человека, осведомленных в ситуации. Вы и я.
– Ясно.
– День рождения дочери Крапивина был в прошлом месяце, ей исполнилось двадцать пять. Я планирую сообщить ей о воле отца на следующей неделе. Так что будьте готовы потерять доверительное управление, – посмеивается мой собеседник, попадая пальцем в небо, – но я уверен, что этого не произойдет, раз вы женаты. Наверно и детишки есть?
– Какое это имеет значение?
Не нравится мне этот тип. Даже не знаю почему, просто не нравится и все тут.
– Вы правы. Никакого. Прощайте, – кладет трубку.
А я окликаю помощника:
– Артем! С супругой моей свяжись и сообщи, что я прилетаю в пятницу, и мы подпишем документы на развод. Юристам дай задание быстро их приготовить. И билеты мне купи.
А теперь спустя неделю я сижу тут и рассматриваю свои свадебные фото, которые ни разу за пять лет не открывал. И не собираюсь разводиться.
Как только увидел ее три дня назад в ресторане, куда мы пришли подписать соглашение о разводе, остолбенел.
«Моё!» – родилось в голове в одно мгновенье, – «никому ее не отдам!»
Ко мне шла красивая соблазнительная женщина. Ее хотелось схватить и бегом в пещеру свою тащить и не выпускать всю ночь, а лучше неделю. Ну или всю жизнь. МОЯ. Не могу я ее отпустить. Не помню, чтоб меня от кого-то так крыло. Сам не свой.
Представить не могу, что кто-то будет ее трогать, раздевать, кому-то она будет улыбаться, кого-то целовать. Руки сами в кулаки сжимаются. Решение пришло молниеносно, пока она только подходила, присаживалась за стол. Не отдам никому!
– Привет! – говорю я и добавляю: – Развода не будет!
Я все правильно сделал. За эти три дня только убедился, что штырит меня от нее, просто крыша едет, когда она рядом. Пару раз ловил себя на мысли, что размышляю, а что, если вот это все было бы правдой: мы – нормальная семья, это наши дети.
Улыбаюсь. Мне нравится картинка. Я для себя решил, что все так и будет. Деваться ей некуда, будет моей!