Горячие губы с дрожью касаются моего вспотевшего виска, и я утыкаюсь лицом в надежное плечо любимого. Слезы тут же застилают глаза — я отчетливо чувствую соленую влагу на губах, чувствую его прерывистое дыхание, когда он шепотом успокаивает меня:
— Ну что ты плачешь, родная? Тише… — его голос обволакивает меня теплом, разряжая напряжение. Я поднимаю взгляд на Сережу и улыбаюсь, вкладывая в эту улыбку всю благодарность, на которую способна после такой изматывающей боли.
— Это от счастья, — шепчу я. — Спасибо… Спасибо тебе… — И в тот миг, когда наши лбы прикасаются, мне кажется, что ни боль, ни усталость больше не властны надо мной.
Как же я счастлива…
— Ну-ну, моя малышка, — он тоже улыбается, и этот свет в его глазах как будто отражается во мне, — это тебе спасибо. Ты подарила мне сына…
Теплый, едва вытертый комочек жизни осторожно кладут мне на грудь. Я тут же обхватываю его хрупкое тельце, словно самый ценный в мире дар. Поцеловать сморщенный носик и почувствовать бархатистую кожу малыша — на мгновение это становится для меня всем. Из глаз бегут горячие слезы, а Сережа нежно проводит пальцами по крошечному плечику сына и осторожно целует его в лобик. Увидев в его взгляде искреннюю радость, я понимаю, что именно таким хочу запомнить мужа навсегда.
Но счастье оказывается слишком хрупким: тело вымотано, и я проваливаюсь во мрак, почти не ощущая, как медленно силы покидают меня.
Проснувшись, я вижу перед собой совсем другого человека — холодного, отстраненного. А рядом, по-прежнему, суетятся врачи, и в воздухе стоит запах дезинфицирующих средств. Сильнее всего я ощущаю, как немеют ноги и болит все тело.
— Вам… — доктор явно не знает, как подобрать слова, и я сама чувствую, что в ее тоне звучит напряжение. В глазах рябит, а голос звучит будто издалека. — Вам нужно остаться в больнице еще на некоторое время.
— Почему? — тихо переспрашиваю я, но внутри все уже стынет от дурных предчувствий. Измотанное тело еле держится, но мысль о сыне заставляет собраться.
— У вас обнаружена инфекция, — врач сглатывает, прежде чем договорить. — А еще — почечная недостаточность. Если терапия не поможет, нам придется искать донора и делать операцию.
— Что? — в голосе звучит паника. — У меня никогда не было проблем с почками! Это… это какая-то ошибка. Перепроверьте анализы!
Сердце колотится так сильно, что я боюсь снова потерять сознание. Краем глаза я ловлю взгляд Сережи, и меня моментально пронзает тревога — в его глазах ледяная отстраненность. Что происходит?
— Сереж… — пытаюсь я хоть что-то понять. — Скажи, это правда?
— Да, — безразлично кивает он. — Ты не волнуйся, я оплачу лечение, — и в этот момент в палату заходит невысокая девушка: шуршит бахилами, гулко постукивает каблуками и замирает рядом с моим мужем. — Ребенка я заберу домой.
— Д-да, хорошо… — выдыхаю я, силясь понять, почему у меня все внутри сжимается в комок. — Надеюсь, меня скоро выпишут… Я смогу быть с вами.
— Нет, — перебивает он холодно. — Я подаю на развод и забираю ребенка.
— Что? — я с трудом приподнимаюсь, пытаясь ухватиться за поручни кровати. — Как это?.. Мне послышалось?
— Нет, — жестко чеканит Сережа. — Ты мне больше не нужна. Забудь обо мне и о сыне. Ты его больше никогда не увидишь.
В горле пересыхает: каждое слово бьет по мне, словно ударами хлыста. Я вижу, как он отрывает взгляд от меня и смотрит на крошечный сверток в своих руках. На нашего сына.
— Прошу тебя, — голос мой уже дрожит, слезы текут по щекам. — Не забирай его… Не забирай его у меня… Пожалуйста…
— Я сам решу, как распорядиться своим ребенком, — отвечает он негромко, но в голосе звучит сталь. Девушка за его спиной прижимает малыша к себе, а сам Сережа поднимает черную папку. — Здесь документы на развод. Если хочешь ему счастья, просто подпиши. Я оплачу твое лечение.
— В обмен на моего сына? — едва слышно переспрашиваю я.
— В обмен на моего сына, Лера, — холодно поправляет он. — Ты его больше никогда не увидишь.
Мне кажется, в этот момент я перестаю дышать. Если бы я стояла на ногах, я бы точно упала. Мне вмиг становится так дурно, как не было ни разу при беременности. Взгляд фокусируется только на малыше, которого уносят от меня. Я пытаюсь встать. Но ничего не получается. Мне просто не дают выбора.
2 глава
Сейчас
Сердце стучит так громко, что кажется, его можно услышать даже за пределами офиса. Но бывший муж ждет, прищурившись и с усмешкой, будто наблюдает за забавным представлением.